Вверх страницы
ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ
Ищете тёплую компанию для приятного времяпровождения или интересных и в меру ленивых игроков для отыгрышей? Тогда вы заглянули как раз туда, куда доктор прописал! :3 Мы ждём активных участников, готовых вступить в игру, чтобы сделать её интереснее и увлекательнее, а флуд - ещё более непредсказуемым!

Hetalia: history is now;

Объявление

best of the best:
-лучший игрок;
Людвиг
-лучший пост;
Иван Брагинский


-лучший отыгрыш;
Альфред Ф. Джонс
-лучший отыгрыш;
Людвиг


-лучшая цитата;

«Только с кем воевать, а кого защищать?» - задумался Диогу, остановившись в нескольких шагах от воды. «Лучше уж совсем не делать выбор», - наклонив голову, он пнул камень в озеро. Тот пролетел совсем немного и скрылся на дне. Вода здесь была прозрачной, но ночью она казалась бездной, затягивающей в себя все, что было рядом.© Portugal



АДМИНИСТРАЦИЯ НОВОСТИ

Апрель 2015: В ближайшем будущем будет изменен сюжет ролевой.


Апрель 2015: Произошли изменения в дизайне.


read more
ПОЛЕЗНЫЕ ССЫЛКИ
НАШИ ПАРТНЕРЫ
Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP Рейтинг форумов Forum-top.ru LYL

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Hetalia: history is now; » -AU|вне игры; » Обернусь я белой кошкой ©


Обернусь я белой кошкой ©

Сообщений 31 страница 60 из 82

31

Ненадолго отвлекшись от нарезания яблок для пирога, Вим обернулся к Беатриш, про себя отмечая, что его майка ей все же идет. "Может, не отдавать ей одежду? Мне так нравится определенно больше" - Виллем не обладал умением вовремя затыкать внутренний голос, но оно было ему сейчас более чем необходимо. А то при таком ходе мыслей можно и правда додуматься оставить все так, а после и вовсе выдать майку покороче. Чего делать точно не стоило. "Но черт, а почему нет?"
Отвечать на этот вопрос Виму не хотелось, возможно, потому, что он сам не знал точного ответа. Неужели он в кои-то веки решил изобразить саму высокоморальность? От такого предположения хотелось смеяться.
- Доброе, доброе, - в ответ на счастливый вид Беатриш Виллем чуть заметно улыбнулся.
Странная она. Людей, которые по утрам выглядят нормальными, а главное, радостными, Вим приравнивал к чему-то столь же редкому, как говорящие кролики. Сам он по утрам (точнее, днем или ближе к вечеру) обычно представлял собой воплощение мрачности. И не важно, сколько времени он проспал, он все равно неизменно походил на зомби.
- Одежда в пакетах на диване, выберешь, что нравится, - Нидерланды кивнул в сторону гостиной, возвращаясь к яблокам.
Приступы желания готовить у него случались редко, но все же бывали. Как сейчас. Последний раз Вим готовил что-то самостоятельно, наверное, месяцев пять назад, так как появлением в его жизни интернета он вообще принимался за готовку только в крайних случаях и таких вот "порывах вдохновения". Зачем делать что-то самому и тратить время, которое можно провести с пользой или удовольствием, если можно заказать что-то вкусное, а постоянному клиенту огромнейшая скидка? Верно, незачем.
Окончательно закончив с начинкой, Нидерланды отправил пирог в духовку, дожидаясь, пока вернется Португалия.
Кстати, с ее отправкой домой тоже надо бы что-то делать, не оставаться же ей здесь вечно. А для этого надо идти к людям, говорить с ними, чего Виму не очень-то хотелось. Ему не трудно, но черт, как же не хочется в принципе куда-то идти.
В конце концов, он всю неделю таскался на собрания, работал, а теперь вся эта ситуация с Беатриш... душа Виллема требовала выходного, карандашей и отдыха в одиночестве, а лучше и вовсе где-нибудь подальше отсюда.
Но мечтам его сбыться определенно не суждено, а потому заниматься этим вопросом все же придется.
А пока придется терпеть общество Триши.
Насчет этого Нидерланды все еще не мог сделать точный выбор между "плохо" и "хорошо", останавливаясь на среднем варианте, в котором совмещалось и то, и другое, и бесконечное количество нюансов, и малопонятные эмоции, на которые Виллем обращал мало внимания.
С одной стороны, Беатриш была совершенно невыносима. По сути своей. Всегда такой была.
Но с другой стороны, они, судя по всему, уживаться вместе все-таки могут. И ближе к утру делали это даже без разрушений, избиения друг друга и ругани. "Может, кинуть в Беатриш кружкой? А то как-то все слишком радужно выходит" - подумал Вим, все же ощутив разрыв шаблона. Всегда так: когда делаешь что-то странное, то все нормально, но стоит задуматься о действиях - и все сразу воспринимается по-другому. Вот и сейчас Виллем мог наблюдать за крушением привычного мира и всех стереотипов. Наблюдать из первого ряда, с воображаемым попкорном и яблочным пирогом.
- Тебе чай или кофе? - громко спросил Вим, доставая из шкафчика банку с кофе для себя.

+1

32

Видимо, Виллем не разделял португальских взглядов на утро, как это делала Беатриш. Все же к ней последней солнце приходит, как бы часто ее не называли солнечной страной. Да и не сказать, чтобы оно долго задерживалось над подвластными зелено-красному флагу землями. Даже часовой пояс один.
- Одежда? – удивилась Триша. Это получается, Нидерланды уже успел сходить в магазин? Насколько же рано он встал? «Или же он просто вообще не ложился», - смирившись с тем, что ван Дейк все же умеет улыбаться и, скорее всего, не умеет спать, португалка посеменила в гостиную, где на диване действительно лежали пакеты из самых разных магазинов. Радостный крик Империал должен был быть слышен как минимум на том конце улицы, иначе эмоции девушки опустились бы до уровня кирпича или двери. Наконец-то на смену пледу, который до сих пор лежал на диване, и огромной мужской футболке придет адекватная женская одежда. Хотя отделенного упоминания стоил сам подвиг Виллема, прогулявшегося по отнюдь не продуктовым лавчонкам. С ухмылкой на лице Триша достала из одного пакета еще более маленький, который, судя по содержимому, должен был обойтись мужчине ударом по психике, если та у него, конечно, была. Но следом за содержимым упаковок глазам португалки предстали еще и чеки. Ну да, это же Нидерланды, который за двоих не платит (видимо, вчерашний вечер был не просто исключением, его кто-то подменил). С этим Империал собиралась разобраться позже, а сейчас надо было радоваться тому, что у нее было.
- Спасибо! – быстро сбегав на кухню, едва не задушив нидерландца и быстро того чмокнув в щеку, Гусман унеслась с сумками наверх. Там она быстро разгребла кое-какие вещи и выбрала то, что ей понравилось на данный момент больше всего: в плане брюк особого разнообразия не было, зато в выборе маек Нидерланды продемонстрировал свое чувство юмора во всей красе. Что же, можно оставить кофты до визита в полицию, а пока походить и с кошкой на одежде. Забавно же.
Следующим пунктом назначения стал душ, который в последний раз посещался под нужным предлогом в виде кошки. Как там американцы называют свои ураганы? Только женскими именами вроде. Так вот, теперь в амстердамском доме завелся маленький шторм с ростом в пять футов с небольшим хвостиком. Но от этого он менее разрушительным не стал: шум шагов и хлопающих дверей имел место быть как на первом этаж, так и на втором. Потому что искать полотенца в этом доме надо было с навигатором, который ныне еще не изобрели. Но смелым сопутствует удача, и Трише все-таки было суждено встретить на своем жизненном пути стопку полотенец, два из которых отправились вместе с ней в душ.
Вниз Беатриш уже спустилась, ведомая запахом чего-то очень вкусного, судя по всему, выпечки. «Так вот над чем там колдовал Виллем», - заходя на кухню и поправляя полотенце на мокрых волосах, подумала португалка. И где тот самый ван Дейк, которого можно было обвинить во всех смертных грехах? В данный момент Гусман видит перед собой только хозяйственного мужчину, немного скупого на эмоции, но их не лишенного.
- Ты же говорил, что чая нет, - присаживаясь за стол, Триша повернулась к Виму. – Тогда чай.
Пить кофе ночью, а утро начинать с заваривания каких-то листочков? Да, это самая нормальная ситуация за прошедшие двадцать четыре часа, если не больше. И ведь еще надо было поторопиться – посольство скорее всего работает до трех, а то и двенадцати часов. Но без копии документов никто ничего восстанавливать не будет, и про билеты домой даже мечтать нельзя будет. Вариант с гусями был не таким уж и плохим.
Теперь пришла очередь смотреть за работающим Виллемом. Ничто так не радует глаз человека, сидящего на месте без дела, как шуршащий перед ним по собственной воле другой человек. Но совесть тоже штука хорошая, самое главное – сильная. Она и просыпается, когда не надо, и бьет посильнее какого-нибудь боксера.
- Тебе помощь не нужна? – боком сидя на стуле, поинтересовалась Беатриш.

+1

33

Насыпав в чашку кофе, Вим, подумав, добавил еще. Он всегда любил пить до жути крепкий. Если по-хорошему, давно стоило купить себе кофеварку, но зачем это делать, если он и сам вполне в состоянии заварить себе кофе? Не такой уж и плохой, хоть окружающие гордо величали его "этой растворимой гадостью". Но Виму нравилось, так что он не менял предпочтений, как и всегда не обращая внимание на то, что думали остальные по этому поводу.
- Ага, - кивнул Нидерланды. Вдаваться в какие-либо подробности смысла не было - все равно Беатриш будет слишком занята разбором одежды.
И правда - вопль, доносившийся из гостиной, видимо, выражал крайнюю радость. Что было определенно хорошим знаком - лучше пусть Триша будет довольна, чем как всегда. Разницу между ее состояниями Вим познал на своей шкуре, и выбор был более чем очевиден. Лучше пусть будет счастливой и веселой, чем кидается в него вещами. Особой злопамятностью Виллем не страдал, но все-таки не мог не припоминать все великие свершения Триши - в конце концов, это было не один и не два раза. Да почти все их встречи, не считая собраний, где хоть как-то поддерживался порядок, заканчивались схожим образом.
Сегодня они впервые сумели сохранять нормальные отношения, не скатываясь до стандартного развития событий. "Великий день. Надо бы устроить по этому поводу огромный праздник". Над этим Нидерланды даже задумался - хорошая идея, если слово "огромный" подразумевает празднование с самим собой, максимум с той самой Тришей. Большие сборища людей Вим искренне недолюбливал.
Пребывая глубоко в своих мыслях, внезапными объятиями Виллем был более чем впечатлен. Ну и как на это адекватно реагировать?
- Не за что, - Вим с усмешкой посмотрел на Тришу. Какие страсти. Хотя это было как раз-таки очень ожидаемо - он и привык видеть ее энергичной и непредсказуемой. Но вот к тому, что она бросается ему на шею, уж точно не привык совсем, хоть и причина такого поведения была более чем понятна.
Когда Виллем думал, что все в жизни попробовал, всегда находится нечто столь странное и безумное, что подобное мнение изменит. Сейчас этим "нечто" была Триша.
И вот она снова куда-то умотала. Надолго так. Но, собственно, все равно - чайник он и еще раз может поставить.
Достав с одной из полок конфеты, Вим оставил их на столе. Все равно пирог еще долго готовиться будет, а пить кофе просто так ему не хотелось.
Наконец Беатриш вернулась; к тому времени пирог уже был почти готов быть съеденным. Действительно долго.
- А тебе идет, - хмыкнул Виллем, глядя на майку с кошкой и вспоминая ночные события. Если забыть о разрушениях, из Триши вышла действительно прелестная кошка. Не превратись она обратно, Вим бы ее оставил.
- Чай я только купил, - Нидерланды нажал на кнопку чайника, насыпая чай в кружку, - Зашел в продуктовый по дороге, надо же чем-то тебя кормить. Кстати, сколько сахара?
Оставив кружку у чайника, Виллем взялся за посуду. Здесь было то же самое, что и ночью - он прекрасно знал, что если не вымоет сейчас, то отложит это дело на маленькую вечность. Но к счастью, заставлять себя что-то делать Вим умел отлично, и слово "надо" он понимал очень хорошо. В конце концов, никто не будет выполнять все это бесконечное "надо" за него.
Хотя Беатриш, похоже, явно нарывалась на мытье посуды.
- Нет, не стоит, - отказался Вим, проявляя невероятное великодушие и прочие замечательные качества идиота. Ведь если бы он скинул посуду на Тришу, было бы просто замечательно - но увы, какие-то понятия о вежливости и гостеприимстве у него все же были. А жаль.
Отправив последнюю тарелку на место, Виллем, прихватив чай Триши и свой кофе, сел за стол.
- Насколько я понимаю, нам сейчас нужно в полицию по поводу твоего чемодана, а после - в твое посольство, где разбираться будешь уже в основном ты, - Вим задумался, сделав небольшую паузу, - Если у тебя есть какие-то планы или пожелания, говори сейчас. Все равно тебе тут еще дня два сидеть, и вряд ли ты будешь проводить это время за просмотром футбола. Хотя как пожелаешь.

+1

34

- Ну, как знаешь, - усевшись уже как все нормальные люди за столом, сказала Триша. Раз ее помощь не требуется, то и остальной благотворительностью она заниматься не будет. Тем более, такой сервис даже в некоторых отелях не часто встретишь, чтобы симпатичный молодой человек готовил, убирался и ходил за покупками без каких-либо отдаваемых ему команд. Идеально же, настоящий робот, на проверку оказавшийся не таким уж пустым в плане эмоций.
Португалка взяла кружку в руки и задумалась, разглядывая пар, который поднимался над дрожащей жидкостью. Умения просчитывать свои шаги наперед у Гусман не было, точнее не было никакого желания делать что-то подобное. Импровизация и вера в случайность затмевали собой любые порывы трудолюбия.
- Мне нужен свидетель для доказательства моего гражданства, поэтому в посольство мы пойдем вместе, - прозвучало это безапелляционно, так как мнение Виллема в этом вопросе никого в данную секунду не волновало. Если он хочет, чтобы Беатриш как можно скорее вернулась к себе домой и перестала мозолить ему глаза, то он должен во всем ей помогать. Паспорт, слава Богу, остался дома, так как заверенной юристом копии хватало на неделю в Амстердаме. Так что португалка собиралась совершить еще один звонок домой, разбудить спящего (а Империал готова была поспорить, что он спит) Габриэла и заставить того прислать еще одну копию по факсу. А может быть, при участии Вима удастся обойтись без традиционной бумажной волокиты? Беатриш внимательно посмотрела на нидерландца, пытаясь понять, пойдет ли он на такое, ради тишины и одиночества. Возможно, вполне возможно.
- Да без разницы, но если ты найдешь для меня бар, где показывают чемпионат Португалии по футболу, то я займу себя сама, - попивая чай, заметила девушка. «Что-то мало сахара», - нахмурившись, она потянулась к все еще стоящей на столе коробке и отправила небольшой легион сладких кубиков в пахнувший бергамотом напиток. Так гораздо лучше.
- И разве я не найду себя занятия в сером, холодном, мокром Амстердаме? – гремя ложкой, ударяющейся о стенки кружки, сказала Беатриш. – По дороге что-нибудь придумаю.
Ну вдруг ей на глаза попадется интересное по своему направлению деятельности заведение, в котором она проторчит оставшуюся пару дней и, быть может, даже не захочет уезжать? На регату она уже не попадала, так как та вроде бы проводилась летом, но это не отменяло более развлекательных мероприятий в Амстердаме. Все-таки за чем-то сюда же валят толпы туристов? Почему бы и португалке не найти себе здесь занятие? Можно и персонального гида уломать на сие мероприятие или, скорее авантюру…
Но культурное болтание по местным достопримечательностям совсем не отвечало параметрам «весело и долго». То есть, если бы это было ей совсем не знакомо, то быть может, португалка бы даже стала упрашивать Виллема о небольшой (или наоборот очень большой) экскурсии по городу. Но время открытий и неожиданных культур, к которым еще привыкнуть надо, ушло в прошлое, забрав с собой интерес к подобным вылазкам с целью просветить свой недалекий мозг.
И всегда у нее есть возможность просто лечь на диване и лежать, пытаясь сотворить в телевизоре дыру одним лишь взглядом, ведь это занятие всегда убивает много времени, что очень бы могло Беатриш. Хотя, если Вим постарается, то вернуться португалка сможет довольно быстро, пуская без своих вещей и без чемодана. А ведь во всем виноват этот проклятый саммит, который руководство решило закатить так не вовремя. Хорошо хоть не летом, когда начинается основной сезон игр и время, когда в Португалию стремятся туристы, жаждущие солнца, чистейшего моря с круизами по океану и так далее.
«И только из-за того, что на таких собраниях в мой бюджет прилетает неплохая сумма денег для финансовой поддержки страны, постоянно находящейся в кризисе, я соглашаюсь на это», - поставив кружку на стол, Империал постаралась отогнать подальше навязчивые мысли об экономике. В данный момент это ее совершенно не касалось – мини отпуск, назовем это так. Без оплаты, не за свой счет, но тоже очень приятный, и вспоминать потом можно будет без боязни, что потом тебе прилетит от кого-то из старших «по званию» держав и собственного босса.

Отредактировано Portugal (4 сентября, 2014г. 20:23:48)

+1

35

Флегматично глядя на Беатриш, Виллем медленно ел конфеты, которые исчезали при этом слишком уж стремительно, оставляя за собой гору фантиков.
Разворачивать конфеты - это как снимать обертки с акварельных красок не в тюбиках. Процесс приятный. Виму нравились делать что-то монотонное во время разговоров - детально вырисовывать какую-нибудь мелочь на клочке бумаги, просто вертеть в пальцах ручку, или, как сейчас, снимать фантики с конфет.
- Хорошо, - Нидерланды кивнул, и не думая спорить. Ему ничего не стоит сходить с Тришей, хоть он и предпочел бы потратить время на что-то интереснее.  Зато так она гораздо быстрее оставит его одного.
Нельзя сказать, что общество Беатриш было ему неприятно. Он даже начал привыкать к этому непонятному урагану, принявшему человеческий облик. Но личное пространство и спокойствие он любил явно больше. Тяжело жить с кем-то столь непонятным и порывистым - никогда не знаешь, как изменится ситуация в следующий момент, и любые попытки планировать что-то или хотя бы просто заниматься своими делами неизбежно закончатся провалом. Подобное Вим не любил.
- Бар для тебя найдется, - Виллем все же начал пить остывающий кофе, все так же разглядывая Португалию, ее черты лица и положение рук, то, как отражались на ее лице живые и яркие эмоции. Нидерланды отметил про себя, что даже в моменты, когда эмоции и вызвать-то нечему, Беатриш продолжает реагировать на какие-то свои мысли, что очень заметно по ней.
Понаблюдав за Беатриш пару минут, уже можно набрать материал на книгу по изображению выражений лица. Книгу в нескольких неподъемных томах. Как она вообще не устает от подобного? Это Виллем понимал с трудом, так как у него самого мимика была далеко не настолько богата.
- Не нравится мне твоя характеристика Амстердама, - Вим сделал еще один глоток кофе, - Спорить не буду, но обращать внимание только на такие стороны... сразу заметно, что ты никогда не была здесь вне работы.
Серый, мокрый и холодный. Замечательно. Как вообще можно описывать Амстердам только этими словами? Виллем на несколько секунд нахмурился. Почему-то такая фраза даже не вызвала сильного раздражения, возмущения или иной понятной реакции. Напротив, захотелось взять Тришу, вывести в город и показать ей, что это самое лучшее место в мире, и заставить ее понять, насколько она ошибается в своих представлениях. И более того - заставить признать эту ошибку.
Хотя Вим был уверен, что даже если Триша не скажет об этом, ей все равно понравится, потому что иначе и быть не может. А если понравится, то Нидерланды легко заметит это как минимум по взгляду, и этого будет, наверное, вполне достаточно.
Поднявшись, Виллем вытащил из духовки пирог, переложив его на тарелку и аккуратно разрезая. На блюдца отправились два кусочка пирога, после чего Виллем поставил их на стол, пирог оставив на месте. Второй кусочек всегда можно взять.
- И как добираться будем? В полицию, в твое посольство, которое, кстати, довольно далеко. А общественный транспорт стоит невообразимо дорого. Могу дать тебе велосипед, - Вим отодвинул кружку, в которой уже кончился кофе, - Но только при условии, что ты умеешь ездить на нем нормально.
Вспоминая приезжих и туристов на велосипедных дорожках Амстердама, Виллем готов был биться головой об стену. Худшее зрелище в его жизни. Да лучше бы уже пешком до конца своих дней ходили, если не в состоянии ездить быстро и не путать дорожки. Хотя что уж тут. Они путают их, даже когда ходят пешком, несмотря на обозначения и разметку. Каждый раз, видя на своем пути этих идиотов, до жути хотелось задавить их велосипедом, и как же жаль, что это невозможно.
Так что лучше узнать сразу, сумеет ли Триша нормально пользоваться велосипедом, или лучше не портить отношения и пройтись пешком.

+1

36

- Среди нидерландцев есть фанаты Порту и Бенфики? Или Браги с Гимарайнш? – удивленно приподняв брови, Беатриш оставила в покое ложку и, сложив руки на столе, положила на них подбородок. Неплохая ведь получается альтернатива – посидеть где-нибудь в баре, может быть, повысить настроения за счет алкоголя и просмотра матча в хорошей шумной компании, которая просто обязана быть дружелюбной и открытой для истинных фанатов футбола. Все-таки это игра, объединившая мир! И только совсем глупый человек мог считать ее чем-то бессмысленным.
- До последнего времени у меня было слишком много мест, где мне надо было бывать, - съязвила португалка. Сколько лет прошло с того момента? Десять? Пятнадцать? Вечность? Последние заморские земли перешли к другим державам или стали независимыми совсем недавно, если сравнивать с тем временем, что они провели под крылом португальской короны и португальской республики. Столько времени вместе, а потом и не родные вовсе… Страшные воспоминания о страшных страницах истории. Но для ностальгии существует другое место и другая атмосфера, и это точно не дом Нидерландов.
- Как будто ты про город на Тежу много расскажешь, - снизу вверх глядя на блондина, добавила Беатриш. Они были слишком разными в своих взглядах на жизнь, из-за чего и случались постоянные конфликты. Залитые солнцем улицы Коимбры и залитые водой улицы Гааги – есть повод для расхождений во взглядах.
Но немного мрачные мысли португалки развеял сильный запах вкусной выпечки, до этого лишь тонким ароматом наполнявший кухню. И это был пирог. Судя по желтовато-коричневому слою на кусочках, с яблочной начинкой.
Немая просьба Триши, выразившаяся самым честным выражением лица голодно босого мальчика, не евшего и не пившего дней десять, оказалась очень действенной, и к порядком остывшему чаю прибавился вкуснейший пирог. До невозможности приятный завтрак. От наслаждения португалка даже прикрыла глаза. Со стороны, наверное, выглядело очень забавно, но кого и когда волновало то, что думают окружающие? Исключения самым противным образом напрашивались на упоминание, но им был выдан отказ мыслями Империал о чудесной еде.
А вот Виллем, видимо, пытался втоптать Гусман своими словами по уши в грязь, если не хуже. Та даже чуточку обиделась, но кусочек выпечки был слишком веским аргументом не обижаться на приютившего ее ван Дейка. В Португалии было много велосипедных дорожек, да и сами двухколесные железные «пони» были экономичны в своем использовании. То, что надо для страны, которой больше подходит название Вечный Кризис. Но с семью холмами, на которых стоит Лиссабон, подобные шутки не прокатят. Здесь немного иная техника нужна. Например, веселые желтые трамвайчики!
- Нормально я езжу, - пробубнила девушка, допивая чай и поднимаясь со своего места. Надо было посушить голову, которая от простого желания не уложится и не превратится во что-то нормальное. А Беатриш все еще помнила, где у Вима лежит фен. Фен. Ну, бывает.
- Спасибо, было очень вкусно. Тогда собираемся,  - проходя мимо нидерландца к коридору, Гусман потрепала того по волосам с каким-то хитрющим выражением лица – будто бы пакость какую-то задумала. Но ничего такого ей даже в голову не приходило. А зачем? Вдруг выгонят на улицу, одежда все-таки уже есть, так что вовсе и не стыдно будет показаться на улицах Амстердама.
Стоило поторопиться, а то ведь будет неприятной неожиданностью, когда посольство закроется прямо перед носами спешащих к нему посетителей. А это еще один лишний день в Нидерландах. А это еще один день сидения Бразилии в лиссабонском доме. А это еще один повод поволноваться за сохранность последнего. «Как я так попала? Самое главное – за какие грехи?!» - сокрушалась про себя португалка, стягивая с головы влажное полотенце.
После заслуженно сушки волос, Беатриш поднялась обратно в хозяйскую комнату, которая, судя по одежде, «в случайном порядке», называемом просто беспорядком,  лежащей на кровати, медленно, но верно превращалась в личную гардеробную португалки. Фыркнув, она в еще раз осмотрелась, полюбовалась на подобранные листы, вырванные из альбомов, переоделась во что-то более подходящее для визита в полицию и в посольство и, накинув темно-синий плащ, спустилась вниз.

Отредактировано Portugal (5 сентября, 2014г. 22:28:18)

+1

37

- Среди нидерландцев есть бывшие португальцы, - ответил Виллем, взяв очередную конфету, - Да и, думаю, кто-нибудь из местных точно увлекается твоим футболом. В любом случае, хоть один бар с твоим чемпионатом здесь точно должен быть.
В конце концов, Амстердам предлагает развлечения на любой вкус, а вкусы были очень и очень разнообразны. Даже делая странное предположение о том, что здесь кому-то интересен чемпионат Португалии по футболу, Вим не сомневался, что такие люди гарантированно найдутся, просто потому, что они не могли не найтись.
На фразу Португалии про места для путешествий Виллем ответил молчанием, хоть и отчасти понимал ее. Да, ко всем своим колониям Вим относился как к возможности заработать. Но ведь у него были не только колонии - у Виллема была еще и Бельгия, сестра, оказавшаяся до невозможности свободолюбивой, хоть ее и можно было понять. Но думать о ней Вим сейчас не собирался. Все же, это время давно прошедшее, а жить прошлым Нидерланды не любил, пусть и не стремился забыть даже самые мрачные и неприятные моменты его истории.
Но иногда хотелось копаться в воспоминаниях и пытаться их анализировать, преследуя какую-то непонятную, несуществующую цель, без всякого смысла и результата, без малейшей пользы... как же хорошо, что это желание было редким, и подавлять любые мысли на эту тему не составляло никакого труда. Умение управлять своим разумом и эмоциями - одна из лучших его способностей.
- А я и не претендую на широкие знания о Лиссабоне, - пожал плечами Нидерланды, - Но и не делаю поверхностных выводов. И поосторожнее с такими высказываниями, иначе расширять мои познания будешь самостоятельно с бесплатной экскурсией.
На самом деле, от подобного Вим бы не отказался, ему всегда было интересно узнать что-то новое. Конечно, в Лиссабоне он бывал неоднократно, но всегда ненадолго и с делами, не занимаясь походами по городу и стремясь как можно скорее вернуться к себе. Так что он, можно считать, там и не был - все эти поездки не в счет.
А идея как-нибудь прогуляться с самой Португалией была все же неплоха, тем более что это был единственный способ узнать о Лиссабоне какие-либо интересные подробности. Экскурсионные группы Виллем слишком не любил - таскаться унылым стадом по маршруту, слушать скучный набор фактов, из которых он мог бы легко оспорить минимум половину... все это слишком ему не подходило.
- Не за что, - Вим почти незаметно улыбнулся, хотя на самом деле был более чем доволен признанием его кулинарных талантов. "Еще немного, и я поверю, что делать что-то для окружающих - приятно. Или приятно слышать комплименты в свой адрес?".
Прикосновение к волосам снова немного выводило из равновесия, заставляя Виллема в который раз за сутки терять понимание происходящего. Собственно, такое поведение было вполне нормальным. Но нормальным для друзей, которыми они с Беатриш вряд ли сейчас являлись, хоть их отношения и стоило немного пересмотреть.
Что здесь вообще происходит и что творит эта девушка?
Наверное, это все-таки вполне естественно, и то, что он этого не понимает - конкретно его проблема. Вим все-таки чересчур ревностно относился к личному пространству.
Но в любом случае, нельзя было не отметить, что такие прикосновения были действительно приятны.
Проводив Беатриш взглядом, Вим переставил тарелки на стол, создавая тем самым иллюзию порядка. Нет, на этот раз он точно не будет их мыть. Надоело.
А потому Виллем, надев плащ и неизменный шарф, просто дожидался Тришу у дверей. "Как вообще вышло, что я отдал ей свою комнату?". Этот вопрос почему-то лишь сейчас пришел в голову Виму, вызвав очередное разрушение шаблона. Его комната - только его, и никто другой там жить не должен. Но Португалия, видимо, там и останется. Причем без всякого сопротивления с его стороны. Да что же здесь происходит...
- Идем, - быстро взглянув на Беатриш, Виллем покинул квартиру и, закрыв дверь, отправился вниз, к припаркованным у канала велосипедам. У него их всегда было два - для себя и для редких гостей вроде Бельгии или Дании.
Отстегнув оба велосипеда, Вим, недолго думая, отдал Трише на тот, что был весело выкрашен под радугу, а себе забирая второй, гораздо более спокойного цвета.
- Если тебе нужно будет съездить куда-нибудь без меня, можешь брать этот.

+1

38

Беатриш молча последовала за Виллемом и вышла наружу. Пока нидерландец запирал дверь, девушка нахмурившись подняла воротник и перешла дорогу, отделявшую канал от стройного ряда домов. С каким-то скептицизмом португалка взглянула на водную гладь, тревожимую легкой моросью дождя. Когда весь город разделен на острова несметным количеством таких вот рукавов и его еще как из ведра постоянно поливает с неба, то в голову приходят только самые хмурые мысли – утопиться, например. Но то были размышления Гусман, которая не часто могла  нарадоваться счастью узреть Венецию и ее северные аналоги. Лучше уж иметь под боком океан с теплыми морями, обеспечивающими самый лучший климат на Земле.
Велосипеды, которые наравне с забором мешали прохожим попытать счастья в темных водах амстердамского канала, своим внешним видом несколько впечатлили неподготовленную к такой неожиданности Тришу. Но пока она пыталась понять логику, по которой хозяева покупали себе эти странные разноцветные велосипеды, дорогу уже перешел Виллем, чей привычный сине-белый шарф, несмотря на свою длину, умудрялся не цепляться за все окружающие его хозяина предметы. Магия. В этом месте точно все было заколдовано.
С сомнением взглянув на предложенный ей транспорт, Беатриш кивнула головой, соглашаясь уже с любым условием, которое бы помогло бы ей добраться до дома. Хотя девушка никогда особой тяги к нему не испытывала: как только она возвращалась в родные стены маленькой квартиры, ей тут же хотелось оттуда уехать куда-нибудь подальше и уже оттуда страдать по поводу отдаленности своих земель. Как будто ей просто не было места в этом мире, хотя оно определенно должно выглядеть так же, как и лиссабонские комнаты.
Будучи в меру конфликтным (что надо было еще проверить) человеком, Гусман не стала поднимать вопрос о той цветовой гамме, которой обладал ее металлический «пони». Здесь это нормально, поэтому смириться можно было. Все-таки в Риме нужно вести себя как римлянин.
Может быть португалка бы и стала рассматривать в каком-то смысле чудесные архитектурные красоты Амстердаме, если бы не была сосредоточена на дороге и своем навигаторе – фигурирующем немного впереди ван Дейке. Слететь куда-нибудь в канал ей совсем не хотелось, а такая вероятность была. Зная свою привычку вечно куда-то падать и вообще помня прекрасные отношения с полужопиями удачи, Империал не сомневалась в том, что если хоть какая-то возможность будет, то она вместе с велосипедом полетит с дороги вон. Достаточно вспомнить те японские корабли, на которых не было фальшбортов. С ними у Триши был разговор короткий, наполненный соленой водой, чуть ли не сбивающей ее с ног в море, хотя и такое бывало. Как хорошо, что таких больше не строят. Проще было на шлюпке пересечь Тихий океан, чем добраться от Гоа до Хиросимы.
Так что, перебирая в голове мысли по поводу копии документов, португалка послушно следовала за Вимом, который разве что вслух не произносил, как и куда надо сворачивать. А так бы сошел за хороший навигатор без того самого раздражающего женского голоса, который вечно повторяет «через двести метров перестойтесь в крайний правый ряд» и так далее.
Дождь, скромно напоминавший собой какой-то неуверенной дробью по голове, совсем не мешал поездке, хотя если бы он немного усилился, то стал бы определенно проблемой не привыкшей к таким более экстремальным поездкам Гусман. Шанс искупаться в канале или просто скромно попасть под колеса возрастал в несколько раз. Но в этот раз судьба была благосклонна к Беатриш, которая не переставала удивляться тому количеству велосипедистов, которое повстречалось ей по время пути.
Наконец-то они остановились недалеко от полицейского участка, возле которого были припаркованы те самые белые автомобили с красно-синими полосами на боках. В Португалии они были просто размалеваны в синие – просто и со вкусом, если учесть, что большая часть плитки на домах самой западной страны тоже были голубыми. Хотя логику в данном дизайне искать не стоило.
Велосипеды были оставлены на специальной стоянке на той стороне улицы, и европейцы вошли в здание полиции. Люди ведь всегда испытывают волнение, когда сталкиваются с правоохранительными органами? Сейчас в какой-то степени Гусман этого не ощущала, так как рядом был человек, на которого можно было все скинуть. Ну хорошо, человек, на которого в данной ситуации можно было положиться.

+1

39

Ездить на велосипеде - даже привычнее, чем ходить.
Из-за воды дорожки немного скользкие, но Виму это ничем не мешает. Это нормально. К тому же, в дождливых днях есть своя прелесть - туристы не выползают лишний раз из своих автобусов, а значит, почти не лезут под колеса.
Но, собственно, туристы - то неизбежное, с чем приходится мириться. В конце концов, они приносят Виму деньги, причем деньги огромные, и ради этого можно и закрыть глаза на то, что они в упор не видят разметку. Хоть Виллем и продолжал их недолюбливать.
Кстати говоря, Беатриш с велосипедом управлялась на удивление хорошо, что Вима, несомненно, радовало. И даже не отстает, как это обычно делают не местные. Всем, конечно, хочется посмотреть на город, но почему нельзя делать это пешком? Но нет, этим людям неподвластна логика. Зато медленно ехать и смотреть не на дорогу - это они могут.
Сейчас что-то рассматривать было бессмысленно - все равно едут они слишком быстро, а вот попозже можно будет все же показать Беатриш Амстердам. От этой идеи Вим не отказывался - если уж он решил доказать, что его столица - лучшее место мира, то он это сделает. Хоть Виллем и осознавал, что вряд ли это будет успешно - они с Тришей были слишком разными, чтобы сойтись во вкусах. Но попытаться все равно стоит.
Припарковав велосипеды, они направились к участку.
Все было более чем стандартно. И просто.
Виллем не особо понимал, что так влияло на людей - его сурово-уверенный вид или то, что он являлся их страной, но главное, что умение убеждать работало отлично. Так что всем этим бредом занимался именно Нидерланды. Нельзя сказать, что в этом было что-то сложное - он привык говорить с людьми по делу, а полицейские в этом плане были особенно хороши. Ничего лишнего, к тому же, специально для Вима все затраты по времени были сокращены до минимума. Замечательно быть государством, это сразу решает множество проблем.
Пока полицейский составлял какие-то документы, Вим рассматривал сидящую рядом Беатриш, снова наблюдая за ее мимикой. Все-таки, слишком она выразительная.
Сам Вим не контролировал проявления эмоций, но ему и не нужно было. Потому что они просто не проявлялись. Разве что очень редко и довольно скупо - но, собственно, а зачем ему больше? В ярком выражении чувств Виллем не видел никакого смысла.
Продолжая разглядывать Португалию, Вим пожалел, что сейчас не те условия, чтобы рисовать ее. А впрочем, еще нарисует, все равно она пока будет жить у него, так что пусть позирует. Все же, у жизни с кем-то есть один огромный плюс - можно в любое время делать наброски с натуры, и еще и командовать, в какой конкретно позе сидеть. Рай, а не жизнь.
Наконец разобравшись с бумагами, Виллем уложил их в небольшой рюкзак на одно плечо, и отправился к выходу из здания.
Забрав велосипеды с парковки, Вим вышел к одному из многочисленных каналов, остановившись там и доставая сигареты - возиться с трубкой сейчас было бы слишком неудобно, но курить хотелось, а потому на время можно и изменить устоявшейся традиции. Нидерланды ощущал разницу, но не так уж она была и существенна.
Закуривая, Виллем прислонился к ограде у канала, глядя на один из виднеющихся сквозь легкий туман мостов. Дождь почти прекратился.
- Прогуляемся по городу, как решим вопрос с твоими документами?
Вим снова затянулся, переведя взгляд на Тришу. Вопрос прозвучал как утверждение, хоть Нидерланды и пытался этого избежать.

+1

40

Разговор через Виллема был достаточно короток, хотя объяснить свое гражданство и рабочую визу все же пришлось. Для большего эффекта Беатриш еще и говорила с акцентом человека, выучившего всего несколько слов на местном языке, хотя знала его даже слишком долго. Потому что для португальцев было нормальным делом загодя зазубрить основные выражения перед поездкой за границу, а еще лучше – научиться говорить на начальном уровне.
Со звонком в Лиссабон возникли некоторые проблемы, так как Габриэл брать трубку принципиально отказывался по причине своего сна. Все же не привык он к европейскому времени, поэтому днем постоянно дрых, а ночью активизировался в качестве вечного двигателя. Относительно вечного. Но все-таки бразилец соизволил оторвать свою задницу от своего любимого дивана и даже смог доползти до факса, о чем свидетельствовала пришедшая копия документов. Теперь оставалось только ждать.
Сидя на лавке и иной раз перекидываясь короткими фразами с Вимом, девушка с каким-то флегматичным взглядом следила за жизнью в участке, которая ни чем не отличалась от такой же в Брюсселе или в Берлине. Это система, а значит, она должна быть похожей. И только лица и эмоции окружающих еще как-то могли напомнить Трише о том, что люди еще не превратились в роботов, а система не захватила из сердца. Улыбнувшись своим выводам, Гусман посмотрела на сидящего рядом нидерландца и, встретившись с ним взглядом, хмыкнула. Даже человек, который являет собой воплощение серьезности и подчинения всяким правилам, все еще остается личностью, неподвластной законам, касающимся его души. Может быть, у человечества есть еще шанс…
«Что за мысли?!» - поняв, что она думает о каком-то левом деле, которое сложившейся ситуации ни коим образом не касалось, девушка снова принялась следить за ходившими из стороны в сторону по коридору работниками участка.
К счастью, португалка довольно быстро управилась с необходимыми анкетами, и ей тут же выдали необходимые заявления на получение свидетельства о праве возвращения на родину. Посольство должно было закрыться только через пару часов, поэтому велосипедисты по всем правилам должны были успеть все заверить и подать в лучшем виде.
На улице все еще стояла самая непонятная погода: кое-где между серыми облаками, из которых уже неделю шел дождь, что давало им вполне нормальное название «тучи», демонстрировало свой лик солнце, чьи лучи редко-редко отражались в лужах.
- Прогуляемся по городу, как решим вопрос с твоими документами? – Триша сначала подумала, что она ослышалась. Но Виллем даже не собирался повторять или что-то добавлять к своей фразе. Лицо португалки даже как-то вытянулось от удивления.
- Как скажешь, - пожав плечами, ответила она. Если это означало поиск того самого развлечения, за которым девушка проведет неожиданный выходной в Амстердаме, то согласиться стоило.
В посольство Гусман чувствовала себя как-то спокойнее, да и с документами тут разобрались очень быстро. И улыбок было значительно больше – сразу видно, португальцы. Отсыпав некоторое количество евро, чтобы местный юрист заверил копию паспорта, из бюджета ван Дейка, Империал клятвенно пообещала, что все вернет, как только окажется дома или подвернется случай подчистись свой счет в банке.
С чистой совестью и пожеланием зайти завтра вечером, высказанным милой девушкой, провожавшей уходивших посетителей, Вим и Триша снова оказались на улице. Впереди еще маячили два дня отдыха  и проживания за счет принимающей стороны. Этим надо было воспользоваться хотя бы наполовину: познать все лучшие стороны местного менталитета и собрать ощутимый компромат, некоторая часть которого уже отложилась в памяти Гусман.
- И куда топаем? – с живым интересом и доброй долей любопытства португалка уставилась на мужчину, который несколькими кварталами ранее предлагал прогуляться. Грех отказаться от такого предложение, не несущего с собой никакого подвоха. С первого взгляда, по крайней мере. Ну и со второго, как надеялась Триша.

+1

41

Ответ на вопрос Португалии был для Виллема вполне очевиден.
Он не любил стандартный осмотр достопримечательностей, перечисление дат и имен, которые все равно забудутся почти сразу, если кто-то их вообще запоминает. Да и не умеет он вести экскурсии.
Город нужно просто чувствовать, и тогда уже решать, подходит он тебе или нет, и портить впечатление сухими фактами, которые легко можно найти самостоятельно, Виллему не хотелось.
- Мы идем гулять, так что просто наслаждайся. Но если хочешь про что-то послушать подробнее, можешь спрашивать, - Вим затушил сигарету и, отправив ее в мусорный бак, положил руку на руль велосипеда, - Но пока отгоним их домой, пешком же идем.
На этом, видимо, исчерпав свой лимит слов на день, Нидерланды поехал в сторону дома, удостоверившись, что Беатриш не отстанет. Добираться от посольства было заметно быстрее - или это просто Виллему так кажется? Ведь все становится легче и проще, когда не надо ничего делать и впереди приятный отдых.
Пристегнув велосипеды к ограждению канала, Вим подумал, что, наверное, все же нужно что-то сказать. Он привык ходить один, и ему не особо нужны были какие-либо разговоры, но что-то подсказывало, что далеко не все люди разделяют эти взгляды на мир. Но никакие подходящие слова в голову не приходили, а потому Виллем продолжил молчать. Или почти молчать, хоть и невелика была разница.
- Идем, - Вим даже улыбнулся - как и всегда, почти незаметно, но различимо. Однако этот раз все же отличался от других - улыбка была неосознанной, появилась сама собой, а не по велению разума, который обычно всем этим управлял. Странно, очень странно.
Все еще не выстроив никакого плана, Вим пошел в сторону ближайшего моста через канал.
Вечерело, и Амстердам все больше наполнялся жизнью. Здесь было мало людей утром, не сильно много днем, но вечер был временем, когда улицы наполнялись людьми и становились особенно оживленными. Виллему это нравилось. Он не особо любил человеческое общество, но здесь многолюдность казалось очень уместной и правильной. Люди делали город живым. И Виму казалось, что он особенно четко может чувствовать каждый камень здесь, и еще немного - и он сможет услышать тяжелое дыхание старых домов.
Это ощущение повторялось сотни и тысячи раз, но все равно оставалось неизменным.
И среди этой легкой эйфории все вокруг немного менялось, становилось совершенно другим - и невыразимо прекрасным. Особенно настоящим.
"Смотри, смотри же, разве здесь не рай? Разве ты не чувствуешь того же, что и я?" - Виллем посмотрел на Беатриш, оставив эту мысль невысказанной.
У Вима не было четкого плана, но само собой выходило, что направляются они к площади Дам. Перейти осталось всего один канал, а потом идти оставалось совсем недалеко.
Однако внимание Виллема привлекла довольно большая тележка с тюльпанами, стоявшая у самого моста.
Вим не умел действовать по порывам, зато всегда спрашивал себя, есть ли смысл у того, что он намеревается делать. У его нынешнего намерения смысла определенно совершенно не было. Никакого. Как и пользы или цели. "А разве мое желание - не достаточный повод?" - подумал Вим, почему-то сразу же находя множество ответов, почему этот повод плохой. Однако все эти ответы были безжалостно проигнорированы. В конце концов, все, что он делает, он делает именно для того самого выполнения своих желаний.
Заплатив девушке, продававшей цветы, положенную сумму, Нидерланды вытянул изящный красный тюльпан.
Ничего подходящего снова не приходило в голову, а потому Виллем аккуратно взял руку Беатриш, вкладывая в нее цветок.
"Ладно, я могу не понимать, что делает она. Но когда я перестал понимать причины своих собственных действий?". Еще один вопрос в копилку вопросов без ответа.
Так что этот эпизод остался без каких-либо комментариев с его стороны. Так проще.
Тем временем, площадь была уже близко - Виллем спокойно мог увидеть Ньивекерк, и столь же легко мог вообразить количество людей на площади. Все-таки, место очень популярное, неизменно стягивающее к себе как туристов, так и местных.
- Если хочешь, можем ненадолго остановиться на площади, - Вим посмотрел на Беатриш, ожидая ответа.

+1

42

Будучи человеком, который целенаправленно решил бросить курить и старается вообще никоим образом не натыкаться на курящих людей, Португалия пыталась каждый раз, когда Виллем брался за сигареты, отойти от него подальше, чтобы со злости не сказать что-нибудь. К счастью, нидерландец смолил не ежеминутно, а только тогда, когда можно было недолго постоять на одном месте. Хотя за те века, что Беатриш знала Вима, она привыкла к вечному сопровождению этого человека – запаху табака, который, в принципе, не был такой уж редкой вещью среди тех, кто мог позволить себе иметь колонии. Да и не такая уж это была и роскошь.
- Замечательно, - откровенно уставшая от цветовой палитры велосипеда ван Дейка, что в прокат был отдан Трише, девушка порадовалась грядущей пешей прогулке. Еще и дождь закончился, пускай количество луж это не изменило. Зато теперь вода лишь окружала португалку во множестве каналов и на дороге, но не падала ей прямо на голову. Это точно знак, свидетельствующий о прекрасном будущем. Документы уже скоро будут готовы вместе с билетами, место, где можно дождаться сего момента, есть и никуда не собирается пропадать, если хорошо себя вести. «Да, ведь именно в Амстердаме можно спокойно притворяться добрым и порядочным жителем этого мира», - косо поглядывая на витрины магазинов, не без иронии подумала Гусман. Как же так – побывать в столице Нидерландов и не заглянуть в кофешоп? Это же бессмысленно проведенный уикенд!
Отправной точкой путешествия стал непосредственно дом Вима, возле которого были оставлены велосипеды. Теперь уже Беатриш могла в полной мере рассмотреть окружающий ее город, не задумываясь над тем, а не опоздает ли она куда-нибудь? Но внешний облик домов, пересекающиеся под прямым углом улицы и даже такие разные прохожие – ничто не завораживало привыкшую ко многим выкрутасам культур португалку. Что-то новое могло ненадолго развлечь воображение придирчивой к незнакомым вещам Беатриш, но вечно удивляться этому она не могла.
Так и Амстердам, который когда-то давно оказался в одном ряду со всеми другими северными городами, не был для португалки чем-то новым и удивительным. Сейчас он выглядел по-другому, более живым, а детали, такие незаметные при поверхностном взгляде скучающего наблюдателя, громко заявляли о себе. Но восторга, свойственного детям при виде новой игрушки, Беатриш не ощущала, хотя и скуки не было заметно на ее лице: что-то все равно увлекало, заставляло иной раз обернуться, а не просто пройти мимо, и запомнить, пускай и ненадолго.
Виллем торжествовал – это было видно по его взгляду, который иной раз отрывался от созерцания красот своей столицы, чтобы быстро посмотреть на реакцию Гусман и вновь вернуться к окружающим их домам, улицам, каналам.
Амстердам же жил своей собственной жизнью, будто бы не обращая внимания на своих зрителей, которые могли бы сойти за чересчур тихих туристов, не спешащих в какое-то определенное место. Идя чуть позади нидерландца, Португалия не боялась не заметить неожиданный поворот: следом за исчезающим за каким-то прохожим Виллемом всегда, казалось, «летел» его шарф, маяком направляя Империал в нужную сторону.
Ван Дейк ускорился и целенаправленно пошел в сторону от моста, перекинутого через канал, у которого определенно было имя, но оно оставалось неизвестным до той поры, пока Беатриш, хмыкнув, подошла в табличке с названием, тут же вылетевшим из головы, так как в темных водах за ограждением виднелись какие-то странные очертания велосипедов. Заинтересованная Португалия подошла ближе и увидела  лежащие если не на дне, то просто прикованные ниже уровня воды велосипеды. «Такие серьезные проблемы с парковками?» - все с той же иронией подумала она, поворачиваясь обратно в сторону дороги, которую как раз переходил Нидерланды. С тюльпаном. Выгнув бровь и наклонив голову набок, португалка попыталась понять, собственно, для каких целей понадобился несчастный красный цветок. Где-то здесь висел венок, к которому по традиции надо было прикрепить этот странный дар умершему? Или сегодня какой-то национальный праздник?
Если бы Вим сам не вложил тюльпан в руку Беатриш, то она бы, скорее всего, его выронила. Объяснений  не последовало, что было не менее странно в этой ситуации.
- А… Ну… - пребывая в замешательстве и испытывая такой неожиданный дефицит колкостей, промямлила португалка, глядя на цветок в собственной руке, а ван Дейк уже был где-то на середине моста. – Не, ну что за человек?!
Пришлось поторопиться, чтобы догнать широкими шагами удаляющегося нидерландца. Тюльпан на манер бутоньерки нашел себе место на расстегнутом плаще, вместо пуговицы теперь красуясь на отвороте. За каналом была та самая известная всему миру площадь Дам. Площадь известная, а название мало кто мог вспомнить, но это дела не меняло – не это главное в жизни Амстердама.
И все-таки Виллем решил удостоить свою столицу чести услышать его голос. Хотя эта его привычка останавливаться и только потом заводить разговор несколько раздражала. Будто бы нельзя во время ходьбы беседовать.
- А есть зачем? – Гусман оглянулась. На круглых ступеньках вокруг монумента было очень много людей, недалеко виднелась башня с часами, ратуша и церковь рядом с ней. До всего было как рукой подать.

+1

43

Реакция Беатриш Вима более чем позабавила. Что может быть прекраснее такой растерянности? Кажется, не у одного Виллема сегодня случился разрыв шаблона. Правда, о равенстве по этому показателю говорить было слишком рано - все-таки, превращение из кошки в человека, да еще столь необычное, да еще и с такими замечательными обстоятельствами... нет, с этим один-единственный тюльпан даже близко сравниться не мог.
Психика Вима сегодня пострадала гарантированно больше.
- Какой есть, - с усмешкой ответил Виллем, продолжая идти. Все-таки, это того стоило.
Тучи окончательно разошлись, наполняя город приятным закатным светом. Мягким, спокойным, ненавязчивым. Наверное, лучшее освещение, какое только можно вообразить. Свет играл в каплях воды на перилах моста, сиял бликами в водах канала, и даже казалось, что он мог согреть.
Виллем бы это нарисовал.
- Посмотришь королевский дворец и Ньивекерк с нормального ракурса. На это можно чуть больше времени уделить.
"А еще здесь можно увидеть часть коллекции фриков Амстердама, а ближе к ночи - купить запрещенные тяжелые наркотики" - мысленно добавил Виллем, решив, что озвучивать эти пункты все же не стоит. Хотя почему нет? Что-то подсказывало Виму, что Португалии такие факты были бы интересны.
Но нет, пусть понаблюдает немного культурную сторону города. Про наркотики, проституцию, да хоть про бесконечные и такие привычные кражи велосипедов наслышаны все. Нидерланды давно привык к тому, что у людей ассоциируется именно с этим.
Нет, это не расстраивало. Пожалуйста, пускай продолжают так думать - клиенты для проституток и покупатели наркотиков всегда нужны. Все-таки, держится это все в основном на иностранцах, и приносит огромный доход.
Делать деньги даже на шлюхах и наркотиках - определенно искусство.
Тем временем, разговаривать Виллем по-прежнему упорно не хотел.
Или дело было в том, что он просто не знал, о чем говорить с Беатриш? Возможно, и правда в этом. В конце концов, когда недолюбливаешь человека вот уже не одно столетие, очень и очень тяжело устроить милую дружескую беседу. Да и нужно ли это вообще? Можно же просто наслаждаться вечером, прогулкой, любоваться городом, без всяких стандартных разговоров о погоде и прочего бреда, которым так любят маяться окружающие. Говорить просто чтобы не молчать - какое занятие может быть более бесполезным?
Вима молчание ничуть не напрягало. Для него это было естественно.
Напрягало скорее смутное ощущение недовольства со стороны Триши, которое заставляло думать, что что-то не так. Даже при том, что Виллем ничего менять не стал бы, и его все полностью устраивало. Почему он вообще пытается под нее подстроиться?
Тем временем, до площади они все же дошли - и правда, людей здесь было полно, но в меру. Люди сидели на ступеньках, просто стояли и разговаривали, какие-то туристы и вовсе лежали на чемоданах. Как и в любой самый обычный вечер.
Виллем подвел Беатриш к достопримечательностям, продолжая наблюдать за жизнью на площади.
- Если я все верно помню, здесь неподалеку есть один бар, где, думаю, точно будут показывать твой футбол, - произнес Вим, пытаясь вспомнить расположение поточнее.
Конечно, можно было еще погулять, и это было бы очень даже неплохо. Гораздо лучше, чем сидеть в людном баре. Но продолжить поход по городу можно и ночью, когда хотя бы темы для разговора будет явно проще найти: в этом Виллем не сомневался - он прекрасно понимал, что вряд ли матч обойдется без выпивки. Да и сам не отказался бы выпить, хоть чемпионат Португалии по футболу его совершенно не интересовал.
Собственно, заниматься странными вещами и веселиться он спокойно мог и в полностью адекватном состоянии. Важность алкоголя заключалась в том, что он позволял забыть, кто сейчас находится рядом с Вимом. Выпивка - волшебная вещь, сразу делающая хорошими даже самых неприятных людей. К тому же, неприязнь к Беатриш и без того заметно ослабла...
Да, все-таки Вим не имел ничего против футбола и бара.

+1

44

Фраза «да что мы там не видели» так и просилась на язык, однако произнесена все равно не была в расчете на то, что источник подобной гадости может оказаться в опасности. Мало ли, может быть, Виллем очень сильно пекся по своим достопримечательностям и ни за что не простил бы подобное оскорбление.  Рисковать здоровьем и жильем Трише совсем не хотелось.
- Идем тогда, - пожав плечами, ответила португалка. Как начальник сказал, так и сделали. Прошлись по площади, посмотрели на дворец и ратушу, впечатлились количеством прохожих. И все это в полной тишине, так как говорить нидерландец, видимо, мог только речами экскурсовода, а на иные темы не отвлекался. Гусман же не терпела подобного ни в коем виде, так как создавалось впечатление, что вот она сейчас замрет на одном месте, а Виллем утопает без нее. То есть, само существование такой личности, как Беатриш, отодвигалось на задний план… Ради чего? Допустим, ей здесь были не рады даже больше, чем она предполагала. Но подобное предположение сразу же отправилось в утиль, так как объяснение «это же просто Вим» самым лучшим образом все объясняло. Неразговорчивый, угрюмый и дальше по списку типичных черт. Это он просто в своем доме менялся.
«И зачем нужен тюльпан?» - почему-то элементарный ответ «просто так» совсем не сочетался с идущим чуть впереди ван Дейком. Ведь он, как и многие европейцы, жившие несколько северней средней полосы, руководствовались холодным расчетом, тогда как южане выезжали на своих эмоциях – собственно, основная причина всех конфликтов, так как всех это друг в друге раздражало. А тут Империал не могла найти никакой особо здравой мысли.
Незаметно на город начал опускаться вечер: все же осень приносила с собой и короткие дни с длинными ночами. Хотя свою роль сыграло и то время, которое Нидерланды с Португалией потратили на дорогу до площади Дам. Пешком шли, при этом еще осматривая встречающиеся по дороге дома и скромные памятники. Естественно, без внимания не остались и мосты, некоторые из которых могли спокойно называться произведениями искусства.
Зато теория, связанная с разговорчивостью Вима оказалась более чем верна. Стоило только ему остановиться, как у него снова просыпалась вербальная способность! И ведь какую хорошую новость сообщил, и раньше он этого сделать просто не мог. Шел ведь, разговаривать не мог. Надо было подольше постоять перед монументом, может быть, тогда уже созрел бы до этого сообщения.
- Так чего мы стоим? – чуть ли не крикнула португалка, толкая руками в спину персональную ходячую карту Амстердама. – Скорее туда! Веди уже!
Глаза Беатриш загорелись в предвкушении скорейшего похода в бар и просмотра чемпионата Португалии по футболу, а настроение взлетело до небес, которые все же решили показаться после нескольких дней пряток за тучами: неужели прогноз погоды соврал? Но багровые тени уходящих вдаль облаков не заставляли сомневаться в тихой ночи без дождя. Хотя наличие тишины еще можно было оспорить, если посмотреть на то, как Гусман рвалась в сторону неизвестного бара.
- Шевелись! – совсем не зло поторопила мужчину Беатриш, вприпрыжку обгоняя его. Но вот проблема – португалка совсем не знала, куда идти. – Я честно больше не буду тебя донимать!
Сказав это, девушка, считай, повисла на руке Виллема, снизу вверх глядя тому в глаза. А как еще уговорить человека что-то сделать, как не выдвинуть ультиматум? Это же самое верное средство решение всех проблем, связанных с выбором!

+1

45

Как-либо отвечать на требования Беатриш поскорее отвести ее к бару Виллем не собирался, но все же в нужную сторону пошел, наблюдая за столь яркой вспышкой радости у Триши.
Наверное, стоило бы просто найти ей канал с круглосуточным показом футбола, усадить за телевизор и иногда подбрасывать еду или попкорн. И тогда Вим мог бы спокойно наслаждаться спокойствием, представляя, что дома он один; это было бы вполне осуществимо, к тому же, хорошие наушники радостные или же печальные крики Триши заглушили бы отлично. Почему он раньше не додумался до такого прекрасного варианта?
Но нет, надо было зачем-то вытаскивать ее гулять. Хотя сейчас Виму явно подвернулся шанс исправить свою ошибку, вместо дивана на первом этаже отправив португалку в бар.
- Достойная причина идти быстрее.
В ответ на столь умилительный вид Вим не мог не улыбнуться. Хотя, наверное, гораздо важнее было то, что его почти пообещали не доставать. Собственно, Виллем в это совсем не верил, но что мешает ему надеяться? Вдруг Беатриш действительно умеет каким-то волшебным образом сдерживать свою неуемную энергию, при этом не будучи спящей или мертвой? Представить это было сложно, но воображение Виллема всегда работало хорошо. Хотя тихая и спокойная Триша стала для воображения действительно хорошей задачей, а для мозга - тем еще парадоксом. Не существует же такого явления.
На то, как Беатриш к нему сейчас прицепилась, он даже не сразу отреагировал, хотя это было действительно странно.
А впрочем, смотря для кого странно. К непредсказуемости Португалии он уже начал привыкать, а потому был даже не особо впечатлен столь ярким проявлением эмоций при уговаривании. Можно было и большего ожидать.
Решив все же порадовать Тришу, быстрее Вим пошел, направляясь к одной из улиц, отходивших от площади. На ней был поворот налево - в одну из тех узких улочек, что присутствовали, наверное, в каждом европейском городе.
Под яркой вывеской бара висела табличка, извещающая о том, что чемпионат Португалии здесь показываться будет. Все-таки он не ошибся. А ведь мог бы - на это место он натыкался нечасто, только когда шел куда-то пешком и кратчайшим путем.
Открыв дверь, он вошел, пропуская за собой Беатриш.
- Устраивайся где хочешь, - произнес Виллем, разнообразия ради посмотрев при этом на Тришу.
Сам он направился к барной стойке, снимая плащ и шарф, устраиваясь поудобнее и заказывая себе выпивку. Если Беатриш тоже захочет - подойдет.
А пока внимание Вима привлекла хорошенькая барменша - миниатюрная девушка с длинными светлыми волосами, собранными в свободный хвост. Симпатичная. Даже очень.
Кажется, Виллем знает, чем займется, пока Триша будет смотреть свой футбол.
Медлить он не стал - знакомство пошло довольно легко, да и собеседницей девушка была довольно приятной. А интеллект Вим ценил, даже если он не был основной целью.
Несмотря на некоторую замкнутость, если Нидерланды хотел, он легко мог непринужденно общаться с людьми. В конце концов, у него есть в этом своя выгода. Сейчас она тоже была - все-таки, барменша определенно привлекательна.

+1

46

Так Беатриш и была доставлена к спорт-бару на буксире, хотя сама даже не пыталась как-то сбавить скорость, а иной раз даже обгоняла Виллема, дергая его за руку. Собственной, он не соврал – в питейном заведении действительно показывали, как играют португальские клубы. Под табличкой, демонстрирующей всему миру, что даже посреди Амстердама есть маленький островок южной красоты, расположилось расписание на ближайшие дни. «Сэр с Орлами, замечательно. В подборе команд мне на этой неделе определенно везет», - ухмыльнувшись, Гусман остановилась возле двери, чтобы повесить на стоящей рядом с ней напольной вешалке свой плащ. Ван Дейк, решив, что в данном месте его помощь может не понадобиться, утопал к барной стойке. Оно и хорошо, все-таки Триша обещала его не трогать какое-то время.
- Эмма, где ты была?! – сзади в девушку врезалось смешение перегара и высокого женского голоса. Вместе с неизвестной португалка полетела на пол, будучи придавленной чьей-то тушкой сверху.
- Ой, Эмма, это не ты? – нидерландка то ли ойкнула, то ли икнула, но основную мысль все-таки донесла, однако подниматься с лежащей перед ножками столика Империал не собиралась.
- Não, - улыбнувшись больше из-за комичности ситуации, чем из вежливости, ответила Триша, от удивления перейдя на родной язык. – Эм, то есть, нет.
- А-а, тогда прости, что так налетела на тебя, - покачиваясь, девушка встала с португалки и помогла той подняться, хотя последнее для обеих стало неплохим таким испытанием на прочность. Незнакомка тут же куда-то унеслась, затерявшись среди маленьких столиков на три-четыре человека, располагавшихся под небольшими экранами, где уже начиналась прямая трансляция. Самая большая плазма висела рядом с барной стойкой. Гусман уже хотела направиться к источнику эстетического удовольствия в лице прекрасных футболистов и стройных рядов бутылок с алкоголем, но тут-то уже ее кто-то потянул за руку в сторону.
- Меня Марейке зовут, идем, - заговорчески улыбнувшись, нидерландка потащила не сопротивлявшуюся Гусман, которой только интереснее стало от выходки Марии, в сторону столика, где сидели двое молодых людей и еще одна девушка. – Раз Эмма решила не приходить, то заменим ее тобой!
Взмахнув рукой, теска Триши даже не попыталась как-то задуматься о том, что ведет себе несколько фамильярно: все-таки алкоголь делает людей такими коммуникабельными, что можно поверить в мнимую магию спирта и его паров.
- Это Ник, Оли и Геке, - представила всех поочередно Марейке, а потом указала на португалку, немного замявшись с продолжением знакомство.
- Триша, - засмеявшись, сказала вместо своей новой знакомой Гусман, присаживаясь за стол. Беседа завязалась довольно быстро, так как друзья зашли в бар не просто выпить, а еще и посмотреть матч Бенфики. Точнее, молодые люди посмотреть матч, а девушки посмотреть футболистов. Само собой речь зашла и о Лиге Европы, и о проклятье Гуттманна, и просто об играх орлов, которые, кстати, за короткое время успели открыть счет.
Разговор шел хорошо, подогреваемый приносимым алкоголем и рассказами о том, кто и откуда приехал в Амстердам. В основном говорила именно португалка, хотя и у ее новых знакомых было, что ей поведать.
Восторженные крики болельщиков возвестили весь бар о сокрушительном проигрыше старого сеньора и легкой победе Бенфики. Спустя минут десять на плечо Триши упала голова Геке, которая сидела рядом с ней на диване. Нидерландка, приехавшая в город из провинции, успела неплохо выпить и уснуть на месте. Ник, как самый адекватный из сидящих за столом и вообще человек не пьющий, вызвался отвезти ее в отель.
- А ты где живешь, может тоже проводить? – уже поднимаясь со своего места, обратился он к португалке, которая о чем-то трепалась со своей теской.
- У того, вон, торчит у бара, - непроизвольно махнув рукой, чтобы не приставал с глупыми вопросами, ответила откровенно накидавшаяся Триша, уже с какой-то большой амплитудой покачиваясь из стороны в сторону. Но от этого ей становилось только веселей, как и сидящему напротив Оли, который, как оказалось, очень любил всякие интернациональные шуточки. А уж Португалия их знала навалом.
- Вощем, если Канада однажды назовет Португалию акрессором, то весь мир подумает, што это Америка пшла войной на Испанию, - дебильно хихикая, Империал рассказывала не менее дебильную шутку, которая все равно была оценена чуть ли не падавшей со стульев аудиторией.
- Или! Или! – привлекая к себе внимание, громко заявила Триша. – Шведтские заключенные настолько суровы, что когда сбегают, идут готовить хексики на местную кух…
Еще один приступ смех не дал Гусман закончить шутку, так как и она уже не могла спокойно ее дорассказать, и слушатели больше не могли ждать момента, когда можно смеяться.

+1

47

Знакомство с барменшей было очевидно лучшей его идеей за прошедший день.
Как выяснилось, девушку зовут Ханне, она переехала в Амстердам из Эйндховена и учится сейчас на художника-мультипликатора. Собственно, и в искусстве она разбиралась отлично, что не могло не радовать.
Соблазнять девушек разговорами о картинах - это особое умение, которым Виллем, надо сказать, обладал. Подкаты на уровне "хэй, ты сегодня такая красивая, давай переспим" Вим считал слишком унылыми, бездарными, да и не особо действенными. А потому вот уже полчаса увлеченно говорил с Ханне о рисовании, тем более что на эту тему он мог разглагольствовать бесконечно.
И, судя по всему, вполне успешно. А после, пожалуй, чрезмерного количества выпивки дело и вовсе пошло на лад. Казалось, сейчас он уже совсем близок к тому, чтобы получить желаемое.
- Знакомься, - Ханне очаровательно улыбнулась, глядя второго бармена, присоединившегося к ней, - Это Матейс... мой парень.
Расстраиваться в подобных ситуациях - совсем не то, что привык делать Виллем. Конечно, все это было бы весьма разочаровывающе - сообщение о том, что у нее есть парень, по сути, означает отказ, но... но кого это, черт возьми, смущает?
Виллем с приятной улыбкой посмотрел на Матейса, заодно оценивая внешний вид и приходя к выводу, что он очень даже неплох. Довольно высокий, с красивыми чертами лица, волосы выкрашены в темно-красный цвет. Оригинально. Подобная необычность Виму определенно нравилось.
Вообще, у него не было какого-то определенного предпочтительного типажа, и никаких ограничений в выборе партнера Виллем не признавал. Разнообразие, прекрасное разнообразие. Кстати говоря, количественные ограничения Вима тоже не вдохновляли.
Особенно сейчас, когда он уже так близок к цели. К тому же, Матейс был ничуть не хуже его девушки, и над вопросом, кто из них привлекал его больше, Виллем мог бы долго и серьезно задумываться. Прелестная девушка, странного, но приятного вида парень... и зачем тут вообще выбирать, а?
- Приятно познакомиться, - Виллем кивнул, сразу же заводя разговор уже с барменом, быстро находя общие темы. Невероятно долгая жизнь - это когда успеваешь узнать понемногу обо всем, так что и с этим сложностей у Вима не было.
Алкоголя становилось больше.
Но Нидерланды не пьян, вовсе нет. Он просто немного веселее обычного. Хотя... относительно его "обычного" - намного веселее, но по меркам нормальных людей он не так уж плох. Так что Виллем логично рассудил, что еще немного выпивки ему не помешает - в конце концов, он ведь сейчас вполне адекватно воспринимает мир, не запинается и не несет непонятный бред, и вообще очень даже себя контролирует. Это значит, что все выпитое - это так, начало, все равно эффекта особо нет. И если он выпьет больше, то ничего плохого не случится.
И не случилось же. Напротив, все шло в сторону очень и очень хорошего.
Целовалась Ханне, надо сказать, замечательно. Причем не целомудренно на пару секунд, как это любят делать многие девушки, а долго, с чувством и без лишней стеснительности. В следующий раз Виллем получил поцелуй уже от Матейса - более жесткий, в чем тоже были свои плюсы.
И снова Вим не мог решить, кто лучше - надо, наверное, еще раз поцеловаться с Ханне, а потом делать выводы... или только одного еще одного раза будет мало?
Видимо, только что закончился матч.
"Почему мне кажется, что это плохой знак?"

+1

48

Оли, чье тело уже не могло выдавать какие-то определенные звуки, только вздрагивать от накатывающих приступов икоты, смешанной с подобием смеха, никак на внешние раздражители не реагировал. Шутки закончились, зато настроение осталось. Триша и Марейке, схватившись друг за друга, пытались не свалиться с дивана под стол, где как раз подыхал нидерландец. Как-то неясно угукая, теска португалки уткнулась ей в плечо и пыталась сохранить спокойствие, которое уже давно в этом баре не жило. Как, в принципе, и посетители. Незаметно заведение опустело, что особо не расстроило всех находящихся в нем людей. Каждый был занят своим делом, что было абсолютно правильным решением.
- У-у-у-у, попхобуйте мне потом еще сказать, что я вас не пхедупхеждала, - у Португалии неожиданно открылся прекраснейший талант к несению бреда. И картавости, что компенсировало отсутствие в ее шутках юмора. Из-под стола послышался вой, больше смахивающий на крик умирающего кита, у которого еще и брачный сезон только-только успел начаться. Бедняжка.
Мария медленно и размеренно сползла на пол в проход, о чем весь бар возвестил характерный стук бренного тельца о плитку. Вытянувшись на диване, Триша посмотрела на сложившуюся пополам девушку, которая почему-то просто не могла перестать угукать будто настоящая сова.
- А-а, смотри! - вытянув руку в сторону барной стойки, сказала нидерландца. Гусман попыталась удержаться за край дивана и выглянуть из-за него, однако не удержалась и свалилась сверху на Марейке. Выползший из-под стола любопытный Оли завершил этот импровизированный сэндвич с перегаром, придавив обеих жертв алкоголизма к полу.
Три не в меру заинтересованных пары глаз уставились на концерт по заявкам, проходящий у барной стойки: тут уже кто что любил, тому то и нравилось. Гениальная мысль, достойная нетрезвой головы Триши, которая, не сговариваясь, громко присвистнула вместе с Оли, как это обычно происходило в старых творениях американской мультипликации.
- Вим, а ты и по мужикам могешь! – залившись пьяным хохотом, крикнула Португалия, поддерживаемая улюлюканьем двух своих новых знакомых.
- Оли, иди, присоединись! – через плечо валяющейся на ней Империал Марейке обратилась к своему другу.
- А Оли из «этих»? – удивилась Триша.
- Я один не пойду, - положив подбородок на макушку португалки, обиженно ответил парень. Он был тут же спихнут в сторону локтем, и интернациональный сэндвич вновь превратился в отдельных личностей. Правда, не совсем находящихся в порядке личностей, но вполне отличимых друг от друга по тем же ухмылкам. У девушек они сочетались с косым взглядом на молодого человека, чья полуулыбка заменила недавнее перекосившееся от смеха выражение лица.
- Да, в общем-то, тебя никто и не отпускал одного, - забравшись на спину Оли и теперь хихикая тому на ухо, сказала Гусман и, указав рукой на новую цель, обхватила парня за шею, чтобы не упасть во время грядущего марш-броска.
И вот она уже высится над всеми окружающими ее людьми, среди которых неожиданно оказалась парочка местных барменов-фриков, привлекшая нездоровое внимание Вима.
- Мой бхавый конь, пусти меня на землю, - по велению бывшей короны Европы она самая была возвращена земле. – Ну и чем тебя дамы не устхоили?
Видимо, португалка просто не с самого начала наблюдала сию странную сцену, поэтому, окинув взглядом барменшу, которая как-то флегматично реагировала на сложившуюся ситуацию вместе со своим товарищем по работе, и положив руку на плечо ван Дейка, добавила: - Хотя тут все понятно. Севехяне…
Кого там консервативной  страной называли? Кто там уступает испанцам в страсти из-за своей меланхолии? Алкоголь и хорошее настроение меняют все, в том числе переворачивают стереотипы с ног на голову. Без лишней скромности, которая вообще, кажется, редко бывала в гостях у португальской головы, Беатриш потянулась к сидящему на барном стуле нидерландцу, от которого тоже неплохо веяло спиртным. Действия обгоняли мысль на несколько шагов, а то и миль, поэтому осознание того, что Гусман сейчас, в данную секунду, прикрыв глаза, целует своего некогда заклятого врага, пришло не то чтобы позже… Оно и не планировало прийти, пока весь хмель не выветрится.
- Ну, я же говорю. Северяне, - оторвавшись от Виллема, сказала Империал, решив, что на этом картавить надо прекращать.

+1

49

То, насколько это предчувствие было близко к правде, Нидерланды осознал почти сразу.
Видимо, с окончанием матча Беатриш с новыми друзьями все же выползли из огромного завала бутылок, окружившего то место, где они смотрели матч - хотя Вим почему-то счел, что те самые бутылки интересовали их гораздо больше футбола. Но вот они выползли, а теперь проявляли активность и даже разговорчивость - правда, сомнительную, судя по речи Триши, способность к внятной речи она потеряла.
И кажется, игнорирование Беатриш скоро будет еще одним занятием, которое Вим освоил в совершенстве. Тем более что целоваться с Матейсом явно интереснее, чем отвечать на ее пьяные возгласы. К тому же, он все еще не выяснил, с кем из барменов лучше, и потому намеревался сейчас снова обратить внимание на Ханне...
Но нет. Все его внимание отошло к Беатриш, прибывшей к стойке на своем "бравом коне".
- Меня все устроили, - Виллем улыбнулся Трише, изо всех сил стараясь не засмеяться над ее видом. Не смеяться выходило плохо, но он действительно очень старался сдерживаться, и пока это получалось.
А вот поцелуй был действительно неожиданностью.
Но почему бы и нет? Положив руку Трише на талию, Вим притянул ее ближе, целуя в ответ. Какая разница, какие у них там были разногласия, если Беатриш сама начала? Тем более что Виллему подобное определенно нравилось. "Решено. Между Ханне и Матейсом я выбираю Тришу" - наконец решил Вим, с интересом глядя на нее. Если она продолжит так себя вести, то он точно подумает еще раз над вопросом ее игнорирования.
Тем временем, умение говорить к Беатриш все же вернулось. Не, она все еще гораздо лучше, когда молчит.
Не особо осознавая свои действия, Виллем еще раз поцеловал ее.
В этом точно что-то не так. Где-то в глубине сознания все еще была мысль о том, что все происходящее немного... странно и не совсем нормально. Вим мог бы с этим поспорить - он считал, что все очень даже замечательно, и ничего такого сейчас не происходит. Хотя он, наверное, все-таки пьян. А по поводу Триши сомнений и вовсе не было.
- Господа, всем приятного вечера, - проговорил Виллем, спускаясь со стула.
Прихватив с собой Тришу (в самом прямом смысле, взяв ее на руки), Вим отправился на улицу, где все же поставил португалку на землю. Им обоим точно нужно немного свежего воздуха.
- Вот что, - с ухмылкой произнес Виллем, - А ты такая пьяная в море можешь?
Хоть его и не интересовали недавние приключения Беатриш, он все же не мог не заметить ее веселые перемещения и само состояние, которое было, надо сказать, донельзя забавным. И сам собой возникал вопрос: а если она так крута на воде в трезвом виде, то сможет ли управиться в пьяном? За вопросом последовало неудержимое любопытство.
За любопытством последовало столь же неудержимое желание ставить странные опыты. Тем более что даже возможность такая была - пронизанный каналами Амстердам предоставлял возможность запустить Беатриш в плавание почти где угодно.
А свежий воздух, кстати, от пьянства не помогал. Даже наоборот - будто выбравшись наконец из тесного пространства бара, идеи рвались на волю и гнали Виллема к чему-то явно не предвещающему ничего хорошего. Однако сам Вим идеям не сопротивлялся, но и обдумывать их не получалось. Слишком быстро появлялись, слишком быстро исчезали, так что особого значения Виллем им не придавал.

+1

50

- А-а-а, мо-о-о-ожно организовать мне ви-и-и-иски? - растягивая гласные, обратилась Триша к бармену, пока Вим что-то пытался понять, осмыслить или сделать. Несмотря на творящееся в заведение беззаконие, граничащее с преступление обычных моральных норм, персонал работал оперативно: раз, два, и перед португалкой уже стоит стакан с алкоголем. Глаза Гусман тут же заблестели, а из головы вылетели и Оли, и Марейке, и фрик, и его мадама, и даже сидящий совсем рядом с ней Вим. Последний же напомнил о себе еще одним поцелуем, отвлекая внимание Триши от виски. Империал подалась вперед, совершенно не смущаемая взглядами случайных зрителей, которые, кажется, тоже не слишком были удивлены или сконфужены. А чего такого, действительно?
Прикусив губу нидерландца, она вновь повернулась к барной стойке, намериваясь прикончить этот несчастный стакан с напитком, который, конечно же, в какой-то степени уступал поцелуям Нидерландов.  И если бы он отвлекал девушку только ими, то, может быть, алкоголя бы в крови португальской гостьи Амстердама стало бы относительно немного больше.
- А-а-а-а-а-а! – барная стойка, персонал заведения и новые знакомые Триши быстро удалялись от нее, хотя ноги девушки никуда ее не несли. Обхватив шею нидерландца руками, чтобы случайно не брякнуться на пол (мало ли, все-таки ван Дейк тоже выпил), Португалия осознала всю трагедию исчезающего прямо у нее на глазах стакана с таким нужным сейчас напитком.
- Ви-и-и-и-им! – обиженно прокричала португалка тому на ухо. «А вдруг меня в канал сейчас кинут? А вот хренушки, я крепко держусь, ха-ха-ха! Вот он отпустит меня, а я за его шею держусь. И он тоже упадет в канал. Какая я молодец». Долго счастливо болтать ногами в воздухе Трише не пришлось, так как уже на улице она снова встретилась с землей, но далеко уходить от Виллема не собиралась, цепляясь за него рукой. Раз он вытащил ее из бара, то пусть теперь куда-то ведет или, по крайней мере, бесплатно подрабатывает подставкой под ее бренное, пьяное, шатающееся из стороны в сторону тельце. Не ее же идея была свалить, хотя в чем-то она и была хороша. Больше матчей сегодня не должно было быть… Но просто так выпивать тоже весело! Тем более, с такими замечательными ребятами, как Оли и Марейке.
- Пф-ф-ф, нашел о чем спросить. Только та-а-а-а-ак в море и выходи-и-и-и-или, - состроив лицо самого настоящего ценителя чего-либо и вообще профессионала в сфере мореходства, сказала португалка и взмахнула рукой, указывая на канал, видневшийся чуть в стороне от улицы, на которой находился бар.
- Да хоть прям щас и в море! Гы-гы-гы, Вим, пошли-и-и-и-и! – забывшая о совсем свежей обиде Гусман потащила несопротивляющегося блондина по темным улицам Амстердама, едва освещаемым вывесками разнообразнейших магазинов, кафе, баров, ресторанов, клубов и кофешопов. Но в данную секунду Тришу вел блеск темных вод, на которых черными тенями качались моторные лодки, катера и еще какие-то напоминающие маленькие баржи конструкции для плаванья.
- А давай ло-о-о-одку одолжим? – и, не дожидаясь ответа своего проводника, Гусман сиганула прямо через заборчик, не доходя до причала, на небольшой катер, который ощутимее закачался на редких волнах канала. Покопавшись немного с замком и проявив несвойственную трезвой голове сноровку, Триша все же оживила машину так же, как и девушка, готовую к приключениям по Амстердаму.
На причал спустился Виллем. Империал тому активно замахала и попыталась крикнуть, чтобы тот отдал швартовы и вообще забирался бы уже на катер, но мотор взревел довольно громко для первого раза и заглушил голос португалки. Но ничего, она умела кричать и громче.
- Капитан Бенеди-и-и-иту объявляет посадку на су-у-у-удно! – закончила она свой призыв к действию.

+1

51

Вспомнив все свои встречи с Португалией на море, Виллем счел, что есть в этом доля правды, а потому охотно принял эту мысль. Вот что, они точно всегда пьяные выходили, а потому были такие стремные. Вот вроде с кораблями обращаться умеют, а все равно через... кхм, неправильно умеют. С нидерландскими моряками португальцам не сравниться, это Вим точно знает. Неудачники.
Глупо улыбаясь своим самодовольным размышлениям, Виллем последовал за Тришей, уходившей в сторону канала.
- Я всегда гтов в море! - пафосно произнес Нидерланды, уже воодушевившись предстоящим плаванием, - Готв.. готф... короче, поплыли!
Если Беатриш благодаря алкоголю весело растягивала слова и везде вставляла "гыыыыы", надо сказать, с невероятно смешным выражением лица, то у Вима были проблемы с выговором некоторых слов. И ладно бы что сложное сказать не мог - так нет же, все по мелочам и с любой попытки плохо.
О талантах Триши в угоне катеров Вим до сих пор не подозревал, но был определенно рад их наличию. Хорошо хоть, не какая-нибудь раздолбанная лодка, а нормальный такой, явно вполне быстрый катер. Хороший выбор, Виллем бы и сам такой угнал. И вообще, почему все крадут велосипеды, когда можно красть лодки и катера? Это же гораздо веселее!
Воображение Виллема в ответ на это нарисовало такую замечательную картину, как катер, едущий по велосипедной дорожке. Совмести приятное с полезным, изобрети велосипедный сухопутный катер! Гениальная же идея, можно и по каналам, и как на велосипеде... велосипеды вон по каналам ездят. По дну, правда, но катаются же. Просто медленно очень, и выглядит это так, будто их туда давным-давно кинули. Но Вим-то знает, что это просто катерные водоплавающие велосипеды.
- Кааааапитан Виллем всходит на судно! - громко объявил Нидерланды, забираясь в катер.
Объявлять себя не-капитаном Вим, конечно, не собирался. И не важно, что будет два капитана на одном судне - они с Беатриш настолько хороши, что способны обойтись без команды. Точнее, это он настолько хорош. Да. Он крут.
После выпивки самомнение Вима становилось еще лучше, чем обычно. А пить, однако, приятное дело, надо чаще напиваться.
- Капитан Бенедиту, быстрее! Берег впереди, не въебитесь в берег! И слева берег! А справа не берег!
Да, Виллему определенно очень нравилось пить. Сдержанность уходила, давая волю обычно тщательно скрываемому легкому сумасшествию.
На самом деле, Вим всегда очень веселый человек, но не каждому доводится это увидеть. Просто на великие свершения его надо сподвигнуть, и вот когда он сподвигнется, то очень готов что-то великое и замечательное радостно свершать.
Сейчас же он наслаждался плаванием, великим путешествием по велосипедному морю мимо марихуановых островов.
- Триша, нам сейчас направо! - прокричал Виллем, - А то там этот... канал кончится!
Но Беатриш, видимо, на его слова не совсем реагировала.
А потому Виллем, на правах первого и истинного капитана (его страна - его катер) отобрал управление, резко выруливая в нужную сторону и направляясь к следующему каналу полным ходом. А там еще один поворот - налево, а потом направо - на еще один связующий канал между крупными каналами. И все это с брызгами, разворотами, и они почти не грохаются в воду от крутости поворотов.
Виллем с улюлюканьем поехал вперед, наслаждаясь ветром, каплями воды и осознанием того, что в канале они все-таки не оказались. Потому что он может.
Ближе к пересечению канала Принца Вим все же замедлился - немного отдохнуть. А после и вовсе остановился.
- Триша-Триша, - Виллем задумчиво посмотрел в канал, - Ты видишь там зеленое?

Отредактировано Netherlands (14 сентября, 2014г. 12:35:01)

+1

52

- Капитан гальюна, займи-и-и-ите свое место на су-у-у-удне, - ответила Беатриш, уже готовясь отправиться в путь. Закидоны Виллема уже не казались такими уж обидными: видимо нетрезвый мозг вообще не перерабатывал неприятную для него информацию, иногда лишь выпуская с производства пару десятков колкостей. Потому что Португалия без сарказма – это мертвая Португалия, а отбрасывать коньки она в ближайшую половину тысячелетия не собиралась.
Экипаж в составе двух капитанов на месте, можно отправляться! Вильнув задом, катер покинул причал и начал разгоняться под радостный свист португалки. Хотя каналы Амстердама точно не подходили для гонок, к которым привыкла южная душа, просящая для разгона хотя бы половину Атлантического океана – там и развернуться есть где, и вряд ли кого встретишь кроме затонувшего Титаника и редких торговых суден. Ну, и Средиземное море тоже может подойти, правда, там велик шанс наткнуться на знакомые рожи, от которых на воде стоит держаться подальше.
Катер весело подпрыгивал на волнах, поднимая тучу брызг, летящих в лица капитанов, ничуть от этого не печалившихся. Настроение только поднималось, а идеи в хмельной голове становились все более грандиозными – вечер набирал обороты. Что-то масштабное должно было потрясти столицу Нидерландов, а все почему?  А потому, что Триша здесь, и вместе с ней в эту повернутую на однообразии страну пришел праздник – фиеста!
Хотя, если на юге гуляния проводились ночью по той причине, что температура была ниже, то сейчас катание по каналам выпало на темное время суток совершенно случайно. Но днем это выглядело бы не так эпично: не было бы черных вод, в которых бы отражался свет фонарей, еще, к сожалению, не красных.
- Штурман, куды-ы-ы-ы дальше? – разворачивая катер на девяносто градусов и поднимая огромную волну, долетевшую до пешеходной зоны, где каким-то неудачникам не повезло попасть под импровизированный дождь с запахом тины, крикнула Португалия. Но в итоге на советы более сведущего в географии Амстердама Вима ей было глубоко по барабану. Как-нибудь потом разберутся, как попасть домой, не уплывут же они в Северное море случайно. Хотя… Почему не заскочить в гости к Артузинью и его братьям? Правда, они не оценят сей подвиг хмельной португалки в компании не менее хмельного нидерландца, но это же будет так круто!
Пришло время смены капитанов за штурвалом, и, будучи отстраненной от управления, Триша бухнулась на пассажирскую часть катера. И хорошо, что она села, потому что за этим тут же последовал не менее крутой разворот, из-за которого Гусман чуть не кувыркнулась через голову в воду. Это же традиция: искупаться везде, где побывала. Будь то пролив Эресунн или Японское море, но Португалия была просто обязана окунуться в каждом водоеме, что видела.
- Не тормози-и-и, дристун! – заметив, что брызг стало несколько меньше, возмутилась девушка. Откинувшись назад и увидев весь мир в перевернутом виде, от чего он показался ей очень смешным и интересным, Триша потянулась к стоящему у руля Виму. – Эй!
Дернув уставившегося куда-то вдаль блондина за край одежды, португалка потребовала к себе самого обычного внимания, но, видимо, «что-то зеленое» было гораздо интереснее ван Дейку, нежели комок возмущения и негодования в лице Империал. Хотя вопрос об адекватном состоянии Нидерландов открыто не рассматривался, так как имел всего один единственный ответ – нидерландец был под таким градусом, что совсем перестал строить из себя недотрогу и Мистера Кирпичное Лицо.
- Да не, оно ж кра-а-а-асное, - поднявшись со своего места и сложив руки на груди на манер какого-то профессора, Триша попыталась сделать самый умный вид, достойный разве что какого-нибудь обладателя Нобелевской премии.
- Фак, Ви-и-и-им, это ДАНИЯ! – заметив какие-то знакомые черты и вообще что-то понятное в этом черном канале, крикнула португалка и взмахнула рукой. Походкой Джека Воробья (простите, капитана Джека Воробья) бывшая колониальная империя подошла к борту, от чего катер как-то странно покачнулся.
- Нам на-а-а-адо его спасти! – поставив ногу на край борта, обратилась девушка ко второму капитану-штурману, но тут случилось не самое приятно событие сегодняшнего вчера…
Борт катера после экстремального заплыва по каналам Амстердама оказался весь мокрый, и, поскользнувшись на нем, португалка идеально вписалась в кривую дугу и исчезла под водой. Правда, уже через секунду ее голова вновь возникла на поверхности.

+1

53

Странное ярко-зеленое пятно становилось отчетливее. Свет фонарей освещал канал явно недостаточно хорошо - как Вим ни силился разглядеть подробнее, ничего не выходило. Да и мельтешит как-то странно, дергается. Виллем даже подумал тыкнуть пальцем это странное нечто, и был уже готов это сделать, однако, как выяснилось, зеленое оказалось дальше, чем он решил сначала. Никак не достать, разве только вообще с катера грохнуться, чего Виму пока делать совершенно не хотелось.
Наклонившись как можно ближе к воде, Вим разглядывал пятно поближе. Чешуя. Да точно, чешуя же! И вон как блестит, переливается. И много ее, чешуи этой - посмотрев левее, Виллем заметил продолжение длинного хвоста. А вот при взгляде направо ни хвоста, ни головы этой рыбины не оказалось... а вот возглас Триши все расставил по своим местам.
- Это не просто Дания! - Вим состроил самый умный вид, на который был способен, будучи настолько пьяным. Выходило не очень хорошо: катер качался на волнах, Виллем качался вместе с ним, да еще и голова кружиться начинала. Но Вим упорно продолжал попытки изобразить профессора, говорящего о великом открытии, - Это русалка-Дания! - самым наглым образом Нидерланды громко заржал, отослав по адресу актерское мастерство, - Или русал... не, все же русалка, - Виллем рассмеялся еще громче, не сразу обратив внимание на попытки Беатриш пройтись за борт.
Кажется, кто-то вот-вот отправится в гости к велосипедам...
И да, отправилась же. Только велосипеды ее, видно, в свою компанию не приняли и со дна прогнали. И если Вим, по глупости своей, считал, что смеяться сильнее уже нельзя, сейчас точно понял, что можно. И смеялся - сползая по сидению и даже не пытаясь прекратить, даже когда уже совсем не осталось сил смеяться. И если на секунду Нидерланды замолкал, то ему хватало одного только взгляда на всплывшую Беатриш, чтобы снова зайтись в припадке хохота.
Как можно остановиться, когда совсем рядом выглядывает из канала такая замечательно мокрая и пьяная Триша? Вот Вим и не останавливался, разве что смех теперь был почти беззвучным, хоть его и по-прежнему трясло.
- Бляяяяять... - протянул Виллем, после очередной попытки успокоиться опять посмотревший на Португалию и снова начавший посмеиваться, - Мы потеряли Данию!
И правда - зеленый хвост исчез и вблизи русалочка не наблюдалась. Может, он утонул? Сбежал от них, наглый такой, не хочет веселиться и общаться. Ну и пусть там на дне грустит. С велосипедами. А велосипеды точно грустные, потому что ржавые. И зачем вообще Дании такая компания, когда по близости есть такие прекрасные Вим и Триша?
Кстати говоря, одну прекрасную пора бы спасать. Дама попала в беду! Дама смотрит на него так, будто сейчас придушит, что гораздо более веский повод спасти даму! Ведь помогать себе сама она, видимо, совсем не собирается, и ждет, пока ее спасут.
Но сегодня Беатриш повезло - у нее есть героический Виллем, способный на подвиги двадцать четыре часа в сутки и по выгодной цене. А сейчас вообще бесплатно, со всей душевной добротой и искренним желанием помочь... и поржать... поржать, если честно, хотелось гораздо больше. Однако раз уж он взялся за нелегкое дело спасения утопающей португалки, надо все же задуманное выполнить.
Перегнувшись через борт катера, Вим протянул руку Беатриш, заодно зацепившись за что-то ногой, чтобы потом удобнее было тащить. В том, что он вытащит, Нидерланды не сомневался - в конце концов, Триша легкая, и даже со всей ее намокшей одеждой достать ее из канала будет несложно.
Интересно, если Беатриш спец по превращениям в кошку и обратно, ей нормально в воде или нет? Хотя это же все же Португалия, ей никак нельзя бояться воды. При попытке представить такой парадокс, как Триша, воду не любящая, Виллем в который раз за последнее время сломал логику, хотя она и так скончалась еще в баре, под влиянием огромного количества выпивки.
- Держись, - глядя на Тришу, Виллем, не удержавшись, снова тихо смеялся.

Отредактировано Netherlands (16 сентября, 2014г. 19:43:25)

+1

54

А вы знали, что вода осенью где-то на севере Европы очень холодная? Вот прям очень-очень, от чего даже дышать можно разучиться? А ведь просто знать не достаточно, надо это проверить, как это сделала Беатриш: неожиданно и на пьяную голову, чтобы не так сильно ощущалось. Правда, сковывающий голову в крепкие тиски холод все равно дал о себе знать, еще и дрожью пробежавшись по всему телу. Ух!
Когда португалка вынырнула и жадно вдохнула воздух, то поняла, что в воде несколько теплее, так как та успела каким-то образом нагреться, а вот гуляющий по всему Амстердаму ветер особого уюта не приносил со своими стремительными порывами, сквозь свист которых до ушей Гусман долетал чей-то смех. Нет, это не смех, это распирающий все существо ржач, не имеющий каких-либо физиологических пределов в громкости.
И кому же мог принадлежать сей странный звук? Не Виллему же, этот человек вроде как не умел смеяться… Плавающий поблизости Дания-русалка тут же вылетел из головы, так как чуть ли не катающийся по лодке ржущий Вим являл собой гораздо более удивительное зрелище, если бы только причиной его приподнятого настроения не был прокол Португалии.
Фыркнув, Триша откинула прилипшие к лицу мокрые волосы и попыталась избавиться от воды в ушах, однако, поняв, что дело это бесполезное, она с самыми коварными планами в своей хмельной голове погребла в сторону катера, который чуть ли не переворачивался от сотрясавшегося на нем хохочущего нидерландца. Бессмертный что ли? Или думает, что если его смех такое редкое зрелище, то можно насмехаться над Тришей? Просто так он не отделается, пусть тоже испробует холодные воды своих каналов, ему это пойдет на пользу.
- Как же та-а-а-а-ак?! – расстроилась Гусман из-за потери Дании. Почти расстроилась. Сделала вид, что расстроилась, ибо на уме у нее был вовсе не бывший викинг с рыбьем хвостом вместо ног, а появившийся над бортом лодки Виллем, прямо-таки жаждущий помочь упавшей за борт португалке. Если бы другие обстоятельства, он мог бы получить похвалу и вечную (на время этого вечера) признательность от потерпевшей, но сам себе испортил судьбу с кармой.
Схватившись за протянутую руку, Беатриш ухватилась сначала за борт лодки, а потом и за шею ван Дейка, утягивая того головой вперед в воду. Будет знать, как смеяться над Португалией! Даже не надеясь заползти на катер, Гусман плюхнулась в канал следом, нырнув следом за нидерландцем. Несмотря на мутную воду и поднявшуюся со дна грязь, португалка довольно хорошо видела очертания опустившегося вниз Вима, а уж его длинный шарф вообще мелькал перед глазами, подчиняясь еле заметному течению. Дождавшись, когда жертва плохого чувства юмора всплывет, Триша со злостью надавила Нидерландам на плечи, чтобы тот снова погрузился в этот холодильник, опутывающий весь Амстердам.
- Аха-ха-ха-ха! Вот что зна-а-а-а-ачит, смеяться надо мной! – девушка совсем не боялась, что ее «друг» может утонуть, ведь такие гады не тонут, правда? Зато как прическа попортилась, прям смотри и наслаждайся! И даже уплывший куда-то вдаль катер, все еще гудящий работающим мотором, не портил радость свершившейся мести. А холод, совсем недавно являвшийся основной проблемой купания, уже не беспокоил хохотавшую португалку, уцепившуюся за шею вновь показавшегося над водой Виллема.
- Теперь ты буе-е-е-ек! – присвоив Нидерландам новый позывной, Империал оттолкнулась от него и поплыла куда-то в сторону по течения следом за лодкой. Лежа спиной на воде и иной раз взмахивая рукой, девушка взглянула на небо. Сначала оно было таким же черным, как и все, окружающее незадачливую путешественницу по столице, но чем дольше она смотрела на него, тем яснее видела звезды.
- Ви-и-и-им, да у тебя просто волше-е-е-ебная столица! – крикнула удивленная Триша, не видевшая в городе звезд с тех самых пор, как на улицах всей Европы появились электрические фонари. Их свет мешал такому прекрасному зрелищу…
Заворожено глядя на небосклон и пытаясь найти знакомые созвездия, Португалия даже не осознавала, что именно это, а не куча красивых зданий, каналов и площадей, покорило ее в Амстердаме. За такое его даже можно было полюбить…

+1

55

Тем временем, спасаться дама никак не хотела. Скорее наоборот.
Ощутив то, как его резко потянули за руку, Вим заранее каким-то особым чувством понял, что падение в воды канала неизбежно. Однако перетянуть Тришу на свою сторону он все же попытался, но закончилось это неудачей, да и катер едва не перевернулся. Прикосновение к воде сопровождалось мысленной руганью на всех доступных Виллему языках.
Вдохнув побольше воздуха и закрыв глаза, Виллем опустился под мутную воду. Холодную, что главное, воду. Очень, блять, холодную. Собственно, ему не привыкать - бывало и хуже, но все-таки в его состоянии ни о какой моральной готовности говорить не приходилось. И вот теперь вокруг ледяная вода, раздирающая кожу своим холодом.
Вим, наверное, никогда так сильно не стремился всплыть - вверх, к воздуху, к сомнительному, но теплу, к Португалии, которую искренне хотелось сейчас прибить, а лучше еще раз под воду отправить, на поиски Дании. О том, что в бедах своих он сам отчасти виноват, Виллем не задумывался.
Но отдышаться и прийти в себя ему не дали, еще раз опуская под воду. А он на этот раз даже вдохнуть не успел - так и погрузился, отпихивая руку Триши.
Когда он снова оказался на поверхности, португалка, с таким несвойственным ей благоразумием, уже уплывала от невероятно раздраженного Вима. Вот он, инстинкт самосохранения как он есть. Не уплыла бы - наверняка провела бы еще немного незабываемого времени под водой.
Вдыхая кажущийся сейчас таким холодным воздух, Нидерланды медленно поплыл за ней.
По дороге мысли о кровавой мести немного поутихли, хотя возможно, что Виллем о своих планах просто забыл. Но вроде и как можно забыть о жестокой расправе над той, что окунула его в канал в такую холодину? Однако факт, что ближе к катеру и Трише настроение Вима все же было заметно лучше. В конце концов, если привыкнуть немного, вода не такая уж и холодная. Во всяком случае, не такая холодная, как казалась поначалу. Разве что намокшая одежда тянула вниз, но это не так уж и страшно для того, кто слишком хорошо умеет плавать.
- Конечно, волшебная, - с нескрываемой гордостью произнес Вим, подплыв к Трише. Естественно, нет города прекраснее Амстердама, разве можно считать иначе? Однако такие фразы от Беатриш как нечто само собой разумеющееся все-таки не воспринимались, а потому слышать подобное было невероятно приятно.
А довольный Нидерланды - это добрый Нидерланды, так что принудительное купание он Трише все-таки окончательно простил.
Тем временем, надо было все-таки поймать уползающий от них катер, чем Виллем и занялся. Причем очень даже успешно - догнать и удержать катер было просто, а потому он сейчас просто ждал, пока подплывет Беатриш.
- А поплыли так, - Вим, недолго думая, пришел к решению, что на катер они вряд ли заберутся, - Все равно уже не холодно.
Вода и правда хоть и не стала приятной, но особо жутких ощущений уже не вызывала. Можно и поплавать.
Зацепившись руками за катер, Нидерланды тоже лег на спину, глядя в небо.
Звезды над большими городами - явление невозможное. Но они были, и были яркими и многочисленными, завораживающе прекрасными. Виму казалось, что он сейчас где-то далеко, посреди океана, а не в центре города. Но почему нет? Города он не видел - Вим смотрел только на звезды, а волны хоть и качали недостаточно сильно, но подходящее ощущение создать могли. А звезды кружились перед глазами и, казалось, двигались все сразу. Интересно, можно ли загадывать желания, когда звезда двигается, а не падает? Тогда Виллем мог бы загадать тысячи желаний. Хоть звезды и перемещались сейчас, наверное, только для него, для остальных оставаясь холодными и недвижимыми.
- Триша, - Нидерланды повернул голову в ее сторону, - У тебя они тоже движутся, или это мне кажется?
Собственно, спрашивать у Португалии смысла особо не было - в конце концов, она не менее пьяна. Но все-таки любопытство было сильнее здравого смысла.

Отредактировано Netherlands (19 сентября, 2014г. 20:44:25)

+1

56

В какой-то момент в хмельную голову Виллема пришла гениальная по своей простоте идея – догнать катер. Нафига? Вот уплывет он сейчас и уплывет, не их же? Кто-нибудь где-нибудь его поймает и вернет хозяину, наверное. Все же такую пропажу сложно не заметит, она несколько большая, даже, можно сказать, огромная. В прочем, Дания тоже по своим размерам не Дюймовочка, но ведь его развлекающиеся в канале европейцы смогли потерять. Видимо, здесь имеет зависимость градус и количество алкоголя. Повезет хозяину лодки, если он начнет искать свой транспорт (ведь катер это не роскошь, а средство передвижения, почти авто) в трезвом состоянии. Удачи ему, собственно.
Медленно вместе с течением канала Триша путешествовала по Амстердаму в сопровождении Нидерландов, обращая внимание лишь на небо, на котором так ярко светились звезды, которых просто не могло здесь быть. Может, это ей только мерещиться, а в купленном пиве было не только пиво? Да нет, вроде ван Дейк тоже жалуется на крутящиеся в глазах пятна от белой краски, разлившейся по небу. Галлюцинации не могут же повторяться, тем более, пили они отдельно друг от друга.
- Гы-гы-гы, мы ж плыве-е-ем, а они стоят, то есть, висят, то есть летают…  - потеряв всякую логику и даже не подумав над ответом, сообщила Триша новость дня, то бишь, ночи. Без разницы, главное, что сообщила, а остальное приложиться.
Канал неожиданно повернул в сторону, но уставившаяся в небо португалка этого не заметила, а течение по какой-то причине ее не повернуло. Удивительно однако, видимо, это была карма или что-то вроде того. Как истинная пародия на безвольный мусор, плывущий по воле стихии куда-то в даль, Беатриш вписалась головой в стенку. Далеко не восторженно взмахнув руками, Гусман ушла под воду, которая опять-таки приняла ее как родную. Частый гость ведь уже, таких надо с чайком да с кексиками встречать. Не или хексиками, кому что больше нравится. Или это одно и то же?.. Философия взглядов.
Побултыхавшись немного на углу, Португалия восстановила свое прежнее положение на воде и продолжила путешествие, даже умудрившись догнать Вима. А то что это он вперед уплыл? Идея заплыва по Амстердаму принадлежит Беатриш и никому более, тем более, нидерландцу. Он, конечно, показал себя за эти два дня и скотиной редкостной, и лапочкой с ушками, и непонятным бухим существом… Неоднозначное, в общем, впечатление произвел, однако все еще не мог претендовать на изобретения Португалии. Интеллектуальная собственность же, она охраняется законом, и он вроде бы не слишком отличается во всех европейских государствах. Кстати, по поводу государств.
- Слу-у-у-ушай, Вим, а тебе Дания никого из особо бли-и-и-изких знакомых не напоминает? – довольно странная цепочка размышлений сложилась в голове у Беатриш, но одно только их наличие должно было произвести фурор в Нидерландах да и во всем мире. Только никто кроме самой португалки и окружающей ее воды этого не заметил. Тяжело быть великим, приходится скрывать свой талант от посторонних глаз, ведь менее талантливые люди могут начать завидовать и ненавидеть. Неприятно же, когда твою спину прожигают злые взгляды, а ты весь такой из себя счастливый. Противоречит законам толпы: хреново должно быть всем, хорошо должно быть всем, по барабану должно быть всем и так далее. Закон толпы – закон стада.
«А мы разве стадо»? – удивилась Беатриш, заметив, что звезды вместе с небом исчезли за переброшенным через канал мостом. Но они тут же вернулись на место, как это приятно. И вновь Империал восхитилась той красотой, что могла увидеть только сейчас, только этой ночью, только в этом городе, и позабыла о стаде. Какое хоть стадо? Лошадей? Баранов?
«Вернемся к нашим баранам», - подумала Португалия. Да, Дания ведь кого-то ей смутно напоминал, только вот образ этого самого индивида периодически уползал из хмельной головы гордой нации. Вроде бы, вот он, совсем рядом, до него можно дотянуться рукой, растягивая гласные, произнести имя похожего на проплывшего совсем недавно по Амстердаму русала (или русалки, не суть) существа. «Баран что ли?» - мысли смешались в голове, и почему-то вместо вполне человеческого воплощения копии датского королевства сознанию Триши явился баран. Такой большой, с рогами, черненький баран. Нет, барашек. В какой-то степени он был даже милым, но постоянно прыгал, стремясь поскорее покинуть голову Гусман, из-за чего казался таким раздражающим…

+1

57

Звезды продолжали кружиться. Их, кажется, стало слишком много, но вот света больше не стало. Но и звезды менее яркими не стали. Как так? А двигаются теперь медленнее: кажется, тут какая-то система появилась. Их становится больше, и они пытаются уместиться на небе, и они скручиваются в спирали... огромные звездные спирали и круги. Да еще и цвет меняют - Вим отчетливо видел несколько розовых, голубых и слишком желтых звезд.
Неопределенный ответ Триши все еще не убедил в том, что все это - не его фантазия. Хотя теперь Виллема это не особо и заботило. Расходится с реальностью то, что он видит, не расходится - все равно. Нидерланды давно привык к легким изменениям в восприятии, и это было еще вполне адекватным.
Так что последние остатки логики и нормальности покинули его, помахав на прощание ручкой и с обидой вздыхая, будто такой он плохой человек, о них столь оскорбительно позабывший. И нет ему прощения. А и черт с ними, Виллем прекрасно обойдется сейчас и без них. Тем более что звезды так классно кружатся, так почему бы не поверить в то, что все это - реальность? Вим поверил. Стало просто и легко.
За очередным погружением Беатриш Вим наблюдал со мстительной улыбкой. Кажется, кое-кто себе карму испортил - ибо не утопи ближнего своего, или как это там говорилось... или не говорилось. Но факт, что по заслугам Португалия получила. Судьба - дама не слишком честная, но сейчас она определенно выдала Трише правильную кару.
Но, видно, велосипедам Беатриш все еще не нравилась, а потому они опять выгнали ее к Виму. И вот, снова поплыла - даже быстро. Велосипеды дали на прощание пинка?
Вопрос наконец доплывшей Триши снова сделал все сложным, заставив Вима серьезно так задуматься. Напоминал же. Вот очень так напоминал. Кого и чем? Если бы только Вим это понимал. Но понять старательно пытался... однако говорить начал раньше, чем дошел до чего-то определенного.
- У Дании есть хвост, - вслух рассуждал Виллем, решив пойти от ассоциаций, - Но хвоста ни у кого из наших знакомых нет. А еще у него есть... секира! Такая... большая... у Испании вроде похожая была? - задумчиво произнес Вим, сразу же срываясь на смех, - Знаешь, знаешь... а ты помнишь что там этот ученый, Фрейд, про размеры говорил? Что-то про компенсацию... - Нидерланды хмыкнул, - И вот, у меня ге-ни-аль-ный вывод! Я знаю, почему Испания такой мудак! Он просто... никак не может компенсировать!
Вот уже второй за сегодня приступ безудержного смеха, и не вцепись Виллем в катер, точно пошел бы ко дну. Нельзя нормальному человеку так смеяться, это слишком. Да и человеку, только что совершившему великое открытие, так ржать не подобает. А ведь открытие и правда великое: столько веков все бились над разгадкой тайны великого идиотизма и мерзкого характера Испании, а вот сейчас Вим всего в нескольких словах объяснил, в чем вся суть и главная проблема. Достижение века, однако. И сходится же, все сходится!
- И. И! - прекратив смеяться, Вим постарался принять умный вид, - И я даже знаю, зачем ему были мы! Он и размерами страны пытался компенсировать... недостаток размеров...
И снова Нидерланды смеется, не в силах остановиться. Все-таки, в каждой шутке есть доля правды. А здесь даже не доля. Как он раньше-то не догадался, откуда все идет?
Тем временем, их судно, а вместе с ним и они сами, проплыло под очередным мостом. Вот упади они раньше, могли бы считать мосты - раз мост, два мост, три мост... это как считать, чтобы заснуть, только им спать не надо. Спать на воде - вообще затея глупая и неудобная. А главное, непонятно для чего нужная. Но факт, уже два моста проплыли. Долго плывут. Еще дольше будут плыть, так и вообще далеко-далеко выплыть могут, а потом и куда-нибудь в Северное море, а потом можно и дальше...
- А вот что, - продолжил Виллем, переходя уже к другой идее, неожиданно его посетившей - все же, он сегодня такой гений, - А давай его захватим! Ну, знаешь... захватим и будем править! Мучить и не кормить помидорами!

+1

58

Действительно, у кого еще мог быть хвост? Причем не просто хвост, а русалочий? Красный такой, с чешуей и кучей плавников для лучшего использования по назначению, которое до сих пор представляло собой только плаванье по нидерландским каналам с неизвестной целью. Скучно что ли у себя стало? В Дании же тоже каналов было как у дурака фантиков. Может, у него что-то случилось?..
- Да, точно о-о-о-он! – согласилась Триша с вариантом Виллема. – Хотя у них еще кро-о-оме нее есть нечто общее. Феерический дебилизм? Не-е-ет, проблемы с родственниками!
Про семейное положение бывшего викинга португалка слышала от Артура, который в свою очередь слышал об этом от Тино, ибо от шведа вообще что-то в подобном ключе узнать невозможно. Однако самой Гусман казалось, что у англичанина была своя система по добыче информации, покруче чем у Альфреда будет, не палится ведь уже сколько лет в то время, как его братец был пойман с поличным на прослушке всего и вся. Пусть учиться у старших!
Ну а проблемы с семьей Испании создавала Португалия лично: вроде нормальные отношения, дружба, взаимовыручка, но все равно постоянно какие-то конфликты на ровном месте. И не только с сестрой,  он даже с Ловино ругаться не перестает, вернее, не может заставить того перестать огрызаться. Воспитатель из него тоже хреновый. Очень, конкретно.
И вообще, смеяться над своим родным младшим братом очень плохо. Но Триша хохотала, чуть ли не захлебываясь водой из канала, над шуткой ван Дейка, которая, как им двоим казалось, не была далека от истины. Только бы не начать снова икать – еще одно погружение к велосипедам могло оказаться последним на сегодня. Но кого это сейчас волновало?
По примеру Нидерландов Империал тоже зацепилась за плывущий по течению катер, чтобы наверняка не оказаться под водой, и продолжила ухахатываться с выводов Вима. Смех просто шел, распирал изнутри, заставлял не задумываться над смыслом сказанного – смешно и все.
- Ух, ты по то-о-ой же причине коло-о-онии чужие тырил? – неожиданно осенило Тришу. Издеваться над спящим где-то в Мадриде братом одно дело, хорошее даже, а подъебать ближнего своего все равно приятнее. Тем более что от мести португалку защищала целая лодка, так как держалась она за другой борт, нежели ван Дейк. Безопасность – самое важное в деле черного юмора ниже пояса.
Плыть надоело: холодно, мокро, неудобно – полный набор для желания поскорее оказаться на суше. И задние лапки как-то замерзали от воды, далекой от вечно теплых волн Средиземноморья. Грести получалось только на автомате, не чувствуя рук. Но идея завоевать Испанию прямо-таки грела душу. Хотя сейчас завоевать кого-то проблематично: мировая общественность объявит агрессором и все светом пойдет войной на зачинщика кампании. И ведь не для того, чтобы защитить обиженную сторону, а чтобы поделить между собой слишком глупого нападающего. Но в данную секунду подобные тонкости не волновали Португалию, которая прекрасно помнила неожиданно сказанную Америкой фразу о том, что весь Иберийский полуострова занимает одна лишь страна Испания. «Это он, получается, сам на себя нападет? У-у, идеально», - не беря в расчет Виллема, размышляла Беатриш. Вместе с нидерландце  это будет проблематичнее, но веселее. И ведь они не собираются покушаться на территории Антонио, просто позабавятся непосредственно с ним.
- На-а-а-ам его надо сначала из Мадрида вызва-а-а-ать. Но мне нравится направле-е-е-ение, в котором ты мы-ы-ы-ыслишь! – заявила португалка.  Рядом с каналом возникла изгородь, за которой виднелись темные ветви деревьев, привлекшие внимание Гусман, желавшей как можно скорее оказаться на берегу. Напротив этого места как раз был пустующий спуск к воде.
- Ви-и-и-им, там это… Там парк что ли? – взмахнув рукой,  Триша указала на мелькнувшие закрытые ворота. То, что закрыто, надо срочно открыть. А туда, куда нельзя ходить, надо срочно попасть. Логика первооткрывателя и авантюриста. Ну, или не слишком трезвой головы, если быть совсем уж честным.
Оттолкнувшись от борта катера, Португалия прибилась к причалу и, поборовшись с течением и силой притяжения, закинула свое мокрое насквозь тельце на холодный каменный пол спуска.
- Дава-а-а-ай сюда! – окрикнув Вима, Триша вскочила на ноги, которые не сразу поняли, что от них требовалось, и подкосились. Но гордая португальская нация все равно удержала равновесие назло всем неприятностям, произошедшим ранее.

+1

59

Издевательства над Испанией - это совершенно особое и прекрасное дело. Что может быть лучше, чем шутить про этого урода? И повод же действительно есть, просто так Нидерланды такой активности в подобных делах не проявлял. Но правда, сказать пару слов о сказочной тупости и прочих замечательных чертах Испании - это то, что в своей жизни должен сделать каждый. Виллем и делал. Судя по хохоту Триши, успешно.
А вот переводить шуточки на него было плохой задумкой. Если бы Беатриш была поближе, он бы точно вернулся к идее ее потопить. Как корабль, да. Сначала захватить, разграбить, а потом отослать к Дании и велосипедам... поистине великолепный план. Только что у нее, собственно, можно стащить, прежде чем отправить ко дну? Да, в общем-то, и нечего. Разве что одежду. Но зачем Виллему нужна женская одежда?
Так что топить Португалию он все же пока не будет. Дождется, когда появится хорошая материальная причина... ну или когда Беатриш будет поближе. Другая сторона катера - неимоверное расстояние, ведь лень же, лень. Плыть, захватывать, потоплять... лежать на воде и ничего не делать как-то комфортнее.
- Колонии твои мне деньги приносили. И ты-то чем лучше, колониальная империя? Тебе вообще компенсировать много надо, потому что ничего вообще нет... или ты из-за груди? - Нидерланды даже приподнялся, чтобы рассмотреть получше. Окинув грудь Беатриш оценивающим взглядом, Вим пришел к выводу, что ей ничего компенсировать не надо. Не Украина, конечно, но так даже лучше - слишком большую грудь Виллем не ценил. А тут все идеально.
Жаль только, одежда мешает более детальному рассмотрению.
А теперь еще и двигаться начала.
Но Виллем идею выбраться на берег очень даже одобрил - плавать в канале и правда становилось как-то прохладно. Слишком уж прохладно - после того, как они догнали катер, вода почему-то стала стремительно казаться все холоднее и холоднее. Так что наконец выплыть - это поистине гениальная и очень правильная мысль.
Выбравшись на причал следом за Тришей, Вим осознал, что не так уж в канале и холодно было. Сейчас к холоду воды на одежде добавился пронизывающий ветер, сильно ухудшающий положение. Даже забраться обратно в канал захотелось. Там тепло, велосипеды, русалки, катера. Так почему бы и нет? Но мириться с холодом приходилось, а потому Вим все же попытался просто не думать об этом. А думать о чем-то более веселом.
- Так и вызовем... как Сатану... - Виллем, тихо посмеиваясь, вытащил из внутреннего кармана плаща мобильный телефон.
На себя любимого Вим денег не жалел. На телефон для себя любимого он тоже раскошелился - одна из лучших современных моделей, и, что замечательно, совершенно непотопляемая. Как знал, что наступит однажды момент, когда он, после эпического падения с катера в канал, соберется звонить Испании. Да, Вим настолько великий  предсказатель, что способен предвидеть столь невероятные вещи. "Неожиданные предсказания от Виллема ван Дейка, пятьдесят евро штука, становитесь в очередь и быстрее, количество предсказаний ограничено..."
Стряхнув с телефона воду, Нидерланды быстро нашел в списке контактов Антонио.
- Только вот что, - Вим задумчиво посмотрел на Тришу, - А как мы его ловить будем, когда он прилетит? И вообще, как его прилететь-то уговорим?
Вопрос важный и логичный. Действительно, а что такого заставит Испанию отправиться в Амстердам? Воспоминания сразу же подкидывали самый яркий, захватывающий, интересный и далее по списку вариант ответа на этот вопрос. Ради самого Виллема, конечно. Из большой, блять, и сильной любви к нему, любви такой прям пламенной и страстной...
- О, я придумал! - Нидерланды широко улыбнулся, - Мы его на нас поймаем. Потому что он нас хочет!
В этом Нидерланды совершенно не сомневался. Это же Испания, а он феерический идиот - значит, несколько веков для него не помеха, и он точно по-прежнему мечтает о Виме и Трише. В конце концов, он же не может найти себе кого-то и отвлечься, потому что кому он, придурок такой, нужен.
Нажав кнопку вызова, Виллем включил громкую связь.

+1

60

На сером камне появились заметные даже в тусклом свете стоящего совсем недалеко фонаря темные лужи воды, которая водопадом хлынула с одежды Триши. Это еще не самое худшее: ветер, гуляющий по ближайшим улицам и над каналом, обнял две вылезшие на сушу фигуры и одарил самым своим холодным дыханием. Мурашки-букашки вновь появились на руках португалки, да еще и в голове появилось странное чувство подставы: вроде  выползла из воды, чтобы погреться, но только сильней замерзла.
- Он скорее эта… Как ее?.. Такая огромная хуйня из «Звездных воинов», - стуча зубами, предложила Триша свой вариант сопоставления Испании с кем-либо. Привычка растягивать гласные сразу куда-то пропала, видимо, из-за желания сохранить такое нужное сейчас тепло подольше в теле Португалия произносила все фразы быстро, в сопровождении незамысловатой дроби зубами.
Пока Виллем рылся в своей телефонной книжке, Гусман надоело мерзнуть, и она сделала самую умную вещь за весь сегодняшний день: сняла плащ и, присев на корточки возле края спуска, принялась его отжимать. Не сказать, что стало холоднее, зато комфортнее – теперь меньше одежды липло к телу и полы плаща не били по ногам.
- На помидоры, на что ж еще его ловить? - пробурчала себе под нос Империал, старательно выжав оставшуюся воду из верхней одежды, отложив ее в сторону и принявшись теперь пробовать высушить волосы. Бессмысленное дело, так как до конца без помощи фена и полотенца это было сделать невозможно.
От предложения Виллема Бетриш чуть снова не кувыркнулась в канал от удивления. Как до этого можно было додуматься? Каким самомнением обладать надо для таких выводов? Именно таким, какое было у Нидерландов и Португалии, ибо самоуверенность оставалось таковой и на западной оконечности Европы, и на северной. Люби себя, чихай на всех, и в жизни ждет тебя успех!
Хотя подобное предложение из уст нидерландца звучало чересчур открыто, что ли. При нем вообще про Испанию не стоило говорить, а тут такие нескромные выводы. Ведь что у трезвого на уме, то у пьяного на языке. Что-то это да и значило, только вот вряд ли Гусман удастся попозже в этом разобраться. Просто в данный момент она даже не придала этому никакого значения, обрадовавшись такой хитрой задумке.
- Одобрено! – поднимаясь, воскликнула португалка и подскочила к ван Дейку, чтобы, уцепившись за его руку, уставиться в экран телефона. Короткие гудки уже во всю потянулись из аппарата. Раз, два, три…
- Да просыпайся давай, уеба, - зло прикрикнула на телефон Империал. Еще не хватало, чтобы испанская морда посеяла свой мобильник и теперь в полной тишине дрыхнет в свой квартире в то время, как Вим и Триша страдают без него от скуки. Подумаешь, в Мадриде сейчас почти два часа ночи, это же не повод спать!
Но десятый гудок так и не разорвал тишину, позволив оператору переключиться на автоответчик (чтобы было бы самой настоящей трагедией для нетрезвых искателей приключений). Вместо него раздался щелчок принятого вызова и сонное бормотание.
- Ола… - сквозь невнятные звуки проскочила традиционное приветствие. За ним последовало молчание: видимо, Антонио пытался понять, кто ему звонит и зачем.
- А? – удивился испанец уже более проснувшимся голосом. Со стороны же Триши послышалось тихое хихиканье, с трудом заглушаемое прижатой ко рту рукой.
- Виллем? – продолжил задавать риторические вопросы недогадливый Фернандес.
- Нет, - брякнула Португалия, за чем последовало уже более громкое хихиканье. Чтобы в трубке не было слышно смеха Триши, та уткнулась в мокрый плащ Нидерландов и теперь уже практически молча вздрагивала от накатывающего на нее хохота.
- Беатриф? – еще сильней удивился Испания, который, кажется, почти проснулся. Гусман пальцем тыкнула ван Дейку под ребра, дескать, скажи уже что-нибудь. А то что за театр одного актера тут происходит? Тем более это же идея Вима была или нет?

+1


Вы здесь » Hetalia: history is now; » -AU|вне игры; » Обернусь я белой кошкой ©